Книга Мой милый Гаспаро, страница 6 – Татьяна Ренсинк

— Раз уж ты с сестрой такие любительницы кантов, то будете на вечере в честь дня рождения Императрицы нашей любезной, Екатерины Алексеевны, петь.

Юлия тут же переглянулась с такой же счастливой Алёной, а в считанные минуты они уже стояли перед играющими на разных инструментах воспитанницами и выразительно, с нежным чувством пели:

Крепкий, чудный, бесконечный,

Поли хвалы, преславный весь,

Боже! ты един превечный,

Сый господь вчера и днесь:

Непостижный, неизменный,

Совершенств пресовершенный,

Неприступна окружен

Сам величества лучами

И огньпальных слуг зарями,

О! будь ввек благословен.*

* — из канта «Крепкий, чудный, бесконечный…», 1744 г.

Возвращаясь с очередного занятия в Кронштадте, Гаспаро с Фабио вновь проходили недалеко от усадьбы, где накануне подглядывали за гимнастикой девушек. Одна мысль промелькнула у них в голове… Ничего не говоря друг другу, только задорно улыбнувшись, друзья побежали, придерживая на голове треуголки, к воротам усадьбы…

— Никого, — с недовольством хмыкнул Гаспаро, а Фабио рядом засмеялся:

— Зато там есть, да как поют!

Он указал на дверь открытого балкона, откуда доносились звуки различных музыкальных инструментов и звонкое пение нескольких девушек.

— Красиво, — согласился Гаспаро и взглянул на друга. — А нам туда не попасть.

Однако Фабио активно стал размахивать рукой, и Гаспаро тут же заметил, что выглядывающие на балконе девушки стали махать им руками в ответ. И они, и друзья смеялись сему радостному приветствию. Обе стороны, казалось, так и жаждали пообщаться поближе…

— Охраны не видно, — скорее оглядев сад за воротами, молвил Фабио.

Они прокрались к кустам и, спрятавшись за ними, перелезли через ворота. С таким же успехом удалось пробежать скорее к дому под балкон, откуда девушки с восторгом следили за их действиями…

— Ой, они здесь! — пискнула от радости одна из них.

— Девочки, пойте, чтоб она не услышала ничего! — просила другая тех, кто в зале продолжали петь и играть на музыкальных инструментах, но на мгновение затихли, желая так же выглянуть с балкона.

Гаспаро же с Фабио не теряли времени. Они взобрались по низким толстым веткам дуба и приблизились к игриво смеющимся им в ответ девушкам.

— Ах, какая красота бывает в свете! — с восхищением молвил Гаспаро, попытавшись протянуть руку к одной из них, но, пошатнувшись на ветке, оставил сию затею и продолжил держаться.

— Кто же вы такие, молодые люди? — хихикнула одна из девушек.

— Итальянцы, которые мечтают жить только в России! — с гордостью заявил Фабио, и девушки, переглянувшись друг с дружкой, тут же засмеялись.

— И жениться, — добавил Гаспаро. — Только на русской красавице! Одной из вас!

— Ишь какие, — игриво взглянула Юлия, глядя сбоку и подбородком коснувшись своего плеча. — А деньги есть, осчастливить таких, как мы?

— Озолочу, — засмеялся Гаспаро, будто был уверен в сказанном. — Если имя твоё певучим окажется да будет литься с уст моих столь же нежно, как и с твоих моё имя… Гаспаро.

— А я помогу тебе русским стать, если песню моему имени напишешь! — засмеялась Алёна в ответ, и Юлия, обняв её, кивнула Фабио:

— А ты рисковать ради одной из нас сможешь?

— Глаз от вас отвести не могу. Все звёзды с неба достану! — воскликнул тот восторженно и послал воздушный поцелуй. — Найдись же, желанная и самая прекрасная муза для Фабио, для меня!