Книга Дом шепота, страница 133 – С. Хеберт

Каспер несколько раз моргнула, потирая щеку, когда оглядела зал, а затем посмотрела на меня.

— Мин? — Ее взгляд смягчился, подернутый страхом. — Что случилось? Где я?

Что бы ни терзало ее разум, оно ослабило свою власть над ней.

— О, Каспер. — Мои руки крепко обхватили ее тело, крепко сжимая, пока она оставалась озадаченной. — Тебя не было несколько дней.

— Несколько дней? Каким образом?

Отстранившись, чтобы посмотреть на нее снизу вверх, я наклонила голову:

— Ты что, понятия не имеешь, какой сегодня день? — Каспер покачала головой. — Сегодня вечером праздник Самайн. Бал-маскарад у мадам Чепи может начаться с минуты на минуту. Пойдем, — я схватила ее за руку и повела вверх по потайной лестнице. — мы можем обсудить все позже, прямо сейчас мы должны подготовить тебя. Сегодня вечером мы положим конец этой смертельной игре.

Каспер позволила мне отвести ее вверх по лестнице и провести в ее комнату. Я изо всех сил старалась оставаться незамеченной. Мадам Чепи не должна была знать, что она вернулась, иначе она бы сама убила Каспер. Нам нужно было, чтобы этот план сработал, ради всех нас.

Когда я открыла дверь в комнату Каспер, Чесму достиг верха главной лестницы, и увидел ее.

— Каспер? — он позвал. Она повернулась, чтобы посмотреть на него, но я втолкнула ее в комнату прежде, чем они смогли встретиться взглядами. У нас не было времени, чтобы они догнали нас; двери борделя скоро должны были открыться, и Каспер нужно было подготовиться. Чесму бросился к нам по коридору, когда я попыталась нырнуть в ее комнату. Я быстро попыталась закрыть дверь, но его нога преградила мне путь, оставив дверь достаточно приоткрытой, чтобы он мог говорить. — Мин, дай мне взглянуть на нее.

Мои руки ослабли, когда я пыталась дать ему отпор, пытаясь силой захлопнуть дверь.

— Я не могу, Чесму, — выдавила я. — Ей нужно подготовиться.

— Ты же не думаешь, что я действительно собираюсь просто игнорировать тот факт, что ее нет уже несколько дней, не так ли? А теперь дай мне увидеть ее. — Он прорычал эти слова.

— Чесму, я не могу! — Я с силой захлопнула дверь, немедленно заперев ее. Чесму забарабанил кулаками в дверь, требуя, чтобы я впустила его. Чувства, которые он испытывал к Каспер, были сильными. Он глубоко заботился о ней, и я чувствовала себя ужасно, мешая ему подбежать к ней. Я повернулась лицом к двери, когда он снова ударил в нее кулаком.

— Пожалуйста, просто позволь мне подготовить ее. Потом ты сможешь поговорить с ней.

Стук прекратился. Я слышала, как он тяжело дышит, привалившись к двери с другой стороны.

— Пожалуйста, — прошептал он, — с ней все в порядке?

Мое сердце болело, разлучая их. Я оглянулась на Каспер, которая теперь сидела на кровати, обхватив голову руками и слабо постанывая. Она пыталась сама понять, что произошло, но физически она казалась в порядке. Я повернулась обратно к двери, солгав:

— Она в порядке. Самое главное, что она вернулась и находится в безопасности.

От двери донесся вздох облегчения.

— Я думал, что потерял ее, Мин.

Я тоже.

Мой мозг был в полном тумане, я не могла понять, что произошло и где я была в течение нескольких дней. Весь этот промежуток времени исчез из моего существования. Я попыталась успокоиться в тот момент, когда ко мне подошла Мин. Она выглядела ангельски, одетая в вечернее платье с высоким воротом из мягкого серого тюля, пропитанного блестками. Ее широкая юбка слоями ниспадала на пол, мягко волочась за ней, а ноги, обтянутые чулками, были полностью обнажены, ленты завязаны бантиками выше колен. Ее талия была туго перетянута большим бледно-серым бантом, который располагался на пояснице. Цветы на тюли были разбросаны по ее торсу и талии, украшенные серебряными кристаллами и лентами. Ее волосы были уложены наверх и припудрены серебряными хлопьями и лентами, которые падали на ее бледное лицо. На ней был такой гламурный макияж, брови серебристые, как и глаза, губы ярко-розовые. Ее маска была простой, но тщательно продуманной. Серая кружевная маска с серебряными веточками, отходящими с одной стороны, тюлевые цветы и бабочки украшали металлические веточки. Она выглядела потрясающе невинной. Она протянула ко мне руку, мягко коснувшись моего лица. Ее кожа, казалось, заискрилась.