Онлайн книга «Проклятие черного единорога. Часть третья»
|
— Мои сны — это мои сны, — горько ухмыльнулся Сайрон. — Я не желаю доверять их кому бы то ни было и уж тем более давать власть над страхами… — И всё же я настаиваю, — подчеркнул Индрик. — Ты попусту тратишь своё пламя и драгоценное время… Если Сол прав, нам нужно созвать совет как можно скорее… — …Я сказал, что справлюсь, — с раздражением перебил Сайрон. — Даже для народа фей врата в мир духов закрыты. Тем более мне не поможет тот, кто связан с Сия узами хранителя. — В молодости, когда эти узы были не столь сильны, он страстно изучал мир и в том числе другие измерения Сии… — ехидно вымолвил Индрик. — Совсем как твоя подруга, кстати… — …Не гнушаясь и пластами демонов? — Сайрон глянул на собеседника, и глаза его гневно сверкнули. — «Страстно» — подходящее слово… — Подходящее, да не то, — лукаво усмехнулся музыкант. — Ты разозлился, потому что я упомянул Дженну… Признайся, ты боишься или… ревнуешь? Ты открыл ей вкус любви — не только духовной — и теперь опасаешься, что она захочет бо̀льшего? Кстати, позволь напомнить, сан «святоши» из всех нас носит лишь один. И это, друг мой, не ты… Или ты забыл, как прозвали тебя в Ферихаль? — Твоя правда, я совершал ошибки, которых не желаю своим ученикам, — нехотя процедил Сайрон. — И я боюсь. Я не хочу, чтобы Дженна участвовала в вашем совете… Довольно и того, через что она прошла… — Но если не она, то кто сможет поведать нам правду? — вздохнул музыкант. — Она — единственный свидетель, и ты это знаешь! Так что будь добр, не трать наше время и прими помощь… — Индрик вновь настойчиво предложил Сайрону выпить, но тот лишь отвернулся. — Вот и он не пьёт вина! — с шутливым разочарованием воскликнул музыкант. — О, Квасура, что же нам с вами делать? Как уладить взаимную неприязнь? — Уверен, ты знаешь, Индр… — было ему ответом. Своды пещеры оживали дивными оттенками самоцветов и драгоценных камней. Составленные из бирюзы и малахита витиеватые рисунки лесов и трав на стенах обретали объём. Вот уже блистали малахитовые листья, бирюзой переливались цветы. Прожилки золота сверкали, наполняя подземный сумрак тёплым светом. …Сияние завораживало, лишало воли. — Ты красивая, — прошептал он. — Ты останешься со мной. Навсегда… Дженна онемела. Объятия мужчины пьянили её. Девушка ощутила, как тяжелеет её голова, слабеют руки, колени… Её волосы словно бы вновь превращались в золото, тело — в камень. Сайрон склонился над Дженной и приник к её губам. — Ты останешься со мной, — повторил маг, медленно, настойчиво и жадно целуя её. — Ты больше никогда не выйдешь… из башни. — Нет… — со стоном выдавила чародейка, но не смогла противиться ласкам. Губы Сайрона были требовательными, твёрдыми… И они были холодными, словно лишёнными жизни. Её собственная плоть стремительно остывала, каменела. И всё же поцелуй пробудил пламя где-то глубоко внутри. В животе, в груди раскрылись алые цветы. Их нектар хлынул по венам мучительно-вязкой страстью. Чувство росло и набирало мощь. Сила рвалась наружу. Дженна была не в состоянии сдержать её! Подобно подземному огню, сила плавила и дробила всё, что оказывалось на пути. Руки Дженны налились жаром. Желая передать тепло возлюбленному, она раскрыла ему объятия… Но вместо того чтобы принять спасительный дар, мужчина вздрогнул и отшатнулся. Судорога пронзила его тело, стон боли сорвался с губ. Будто холодная малахитовая статуя, погружённая в пламя, он покрылся трещинками, а затем рассыпался на пыль и осколки… |