Онлайн книга «Кольца Лины»
|
Для себя Дин собрал такую же небольшую сумку, как у меня. Все делал отрешенно как-то, молча. Волновался?.. Зато спросил меня: — Ты когда-нибудь летала в седле? Хоть стой, хоть падай. Я не только в седле не летала, но и не ездила никогда в жизни, если не учитывать карусельных лошадок в далеком детстве. Так что, понятно, помотала головой — нет, не летала. — Н-да. Ты и лошадей боишься, или мне показалось? Ох, ему не показалось. Не то чтобы боюсь, но особо приближаться остерегаюсь. — Ничего. Держись за меня крепче, только не трепыхайся, а то птица чужая будет, как еще себя поведет. Не бойся, я справлюсь. Когда-то я много летал, это не забывается. Когда-то имень позволял ему летать на птицах. Раньше, когда Дин еще не вообразил себе, что хочет смыться куда подальше из этого благословенного места, "из-под руки" доброго папочки, который кому-то чего-то там пообещал. А ведь это объяснимо, что имень не хочет внуков от бастарда: законный наследник у него малость неадекватный, ну как незаконные наследники обойдут законных? Я улыбнулась Дину — ничего, я тоже справлюсь. Боюсь до немоты в конечностях, что есть, то есть, но сожму зубы и скорее тихо умру, чем буду мешать. Понимаю же: на такой высоте, верхом на птичке — до сих пор остерегалась представлять себе, каково это, — и еще бьющаяся в истерике от страха барышня… Право, тогда легче эту барышню пристукнуть малость и везти как багаж… Это же мне надо. Надо выжить, остаться здоровой, вернуться домой. И уже совсем не имеет значения, насколько страшно. Дин принес нам одежду — короткие шерстяные плащи с рукавами и с капюшонами, которые затягивались шнурками — и сами плащи, и их капюшоны. А еще он принес мягкие сапоги и плотно облегающие голову шапочки, теплые штаны и куртку — оказывается, и для меня. Не знаю, где взял, но все было не новым, хоть и добротным. — Сядешь по-мужски, так тебе легче будет, нам ведь часов шесть-семь лететь, — сказал он. — Ничего, в Сарафире к такому привычны, доберемся до постоялого двора, переоденешься. И по лавкам пройдешься, если не хватает чего. Сарафир — столица Вельда, — не забыл пояснить. Вот до чего-чего, а до лавок в Сарафире мне пока дела не было никакого… Бросив вещи кучей, Дин присел на пол возле меня, положил голову мне на колени и замер так. Я запустила пальцы в его волосы, гладила, перебирала. Они спутались, расчесать бы. Вообще, девушке бы такие кудри, густые, блестящие, как мех, такой приятный пальцам. Я, вообще, такая, что когда волнуюсь — смеюсь, глупости разные принимаюсь рассказывать, анекдоты, перед экзаменами, помнится, хохотала громко. Наверное, теперь от волнения меня на другое повело — целоваться хотелось, и чтобы меня теребили, трогали. Смеяться, уворачиваться, да хоть подраться… Скажете, глупо?.. Я приподняла Дина за плечи — много усилий не потребовалось, сам ко мне потянулся, — прижалась щекой к щеке, как же приятно это. Поцеловала легонько, он тут же жадно впился поцелуем в мои губы, но сразу отстранился. — Искушаешь, женушка ты коварная? Что ж так не вовремя? Или дразнишь? Я одними уголками губ улыбнулась — понимай, как знаешь! Мы — за запертой дверью, я сижу на кровати, на нашей, для нас вчера застеленной всем этим вышитым-кружевным. И уворачиваться мне что-то больше не хочется, будь что будет, в самом деле. |