Онлайн книга «Путь наложницы»
|
Рядом, но врозь по судьбе. Иве неведомо солнце, Корни её – в холодке. Клён тянет ветви к рассвету И держится прочно в земле. Их ветви не могут обняться — Слишком различны пути. Но, если бы клён наклонился, Он мог бы иву спасти. Сердце дрогнуло. Пальцы похолодели. Это – стих. Сам по себе. Изнутри. Я посмотрела на Цао Юнь. Она по-прежнему стояла, уставившись в пустой лист. Придвинувшись ближе, я зашептала – одними губами, едва касаясь воздуха: – Я стояла у края пруда: Там ива склонялась к воде… Цао Юнь вздрогнула. Её кисть сжала кисточку. – Пиши, – прошептала я. – Осторожней. Нас могут выгнать… – тихо-тихо отозвалась она, едва заметно кивнув в сторону наставника. Но все же взяла в руки кисточку и послушно начала один за другими выводить иероглифы. Я глянула на старика-настовика. Тот действительно что-то шептал одному из помощников, бросая на меня подозрительные взгляды. Вот черт! Мне нельзя подставляться. Если нас выгонят, я продую пари Нин Сюин и должна буду при всех вытирать ей туфли… От одной только мысли желудок свело. А ведь это не просто унижение – это клеймо. И не факт, что у Жэнь Хэ потом получиться за меня заступиться. Он – принц, да, но не император. У него у самого не так много возможностей. Сможет ли он потом взять меня себе даже как наложницу? С запятнанной-то репутацией. В этом мире репутация – не шутка. Особенно если ты женщина. Особенно если ты – "не совсем своя". Ошибешься – и навесишь на себя ярлык на всю жизнь. И никакие лепестки лотоса не помогут. Цао Юнь уже почти дописала те строки, что я успела ей сказать. – …Клён поднимался к небу. Рядом, но врозь по судьбе. Иве неведомо солнце… – продолжила диктовать я. Наставник снова посмотрел в нашу сторону. Я резко умолкла. Казалось, ещё секунда – и он выгонит нас обеих. Вот он стоит, руки сложены за спиной, и этот его взгляд – как у учителя, который точно знает, что ты списываешь, но ждёт, когда поймает с поличным. Где эта игровая система когда так нужна? Я сейчас на такой панике, что готова потратить остаток лепестков. Эй демиурги! Цао Юнь уже почти дописала строки. Хоть руки её и подрагивали, но иероглифы ложились ровно, аккуратно. Закончив, она едва заметно кивнула, мол, можно продолжать. Я и так видела из-за плеча, что именно пишет моя подруга по несчастью – но понимаю, жест её был машинальным. Если я сама паниковала, то она вообще пребывала в ужасе. Чудо, как вообще кисть держать может и в обморок не падает. А тут ещё и ветер поднялся как специально. Злой, громкий. Он завыл, забил в стены зданий, встрепал мои волосы. Кинул песок с земли в лица зрителей и участников. Тот заскрипел на зубах, забился в ноздри. Говорить стало тяжелее, а шептать – вдвойне. – Корни её в холодке… – пробормотала я, отплевывая песок. – Клён тянет ветви к рассвету. И держится прочно в земле. Цао Юнь ничего не написала, но напряглась ещё сильнее. Не расслышала, что ли? – Корни её в холодке, – повторила я. – Клён тянет ветви к рассвету. Вдруг порыв ветра так же резко стих, как и начался. – Что?.. – чуть громче, чем следовало, переспросила девушка. – Ой… В эту секунду наставник точно нас заметил. Слишком уж очевидным стало недоброе выражение на его лице. Он резко прекратил говорить с помощником и шагнул в нашем направлении. Я судорожно сглотнула. Цао Юнь вся обратилась в тугую страну. |