Книга Смерть, страница 114 – Лора Таласса

Медленно, плавно он поднимает руку и кладет мне на затылок. И притягивает к себе.

Сейчас вид у Смерти хищный, голодный.

Он хочет меня поцеловать.

Но… не целует.

Вместо этого он шепчет мне на ухо:

– Вчера мы разговаривали о том, за что ты меня ненавидишь, – звучат его слова. – Сегодня мояочередь выбирать игру.

Я замираю в его руках.

Он подается назад, чтобы заглянуть мне в глаза.

– Хватит жонглировать словами, Лазария. Я желаю, чтобы ты открыла мне все свои подлинные чувства. Я буду задавать тебе вопросы, а ты – отвечать на них без утайки.

– Этотвоя игра? – недоверчиво спрашиваю я. Боюсь, мне не нравится то, что он задумал.

– Да, – отвечает он с явным удовольствием.

Его руки опять перемещаются мне на бедра,а один палец поглаживает тонкую материю платья.

– Скажи, что ты чувствуешь, когда смотришь на меня.

У меня перехватывает горло. Черт, я уже ненавижу эту игру.

В принципе, сказать ему правду несложно. Все ответы на эти вопросы у меня давно созрели.

К сожалению, я так глубоко закопала свои истинные чувства, подальше упрятала под всяческой удобной ложью, что боюсь извлекать их из-под завалов.

– Что я чувствую именно в этот момент, когда смотрю на тебя? Или что чувствовала, когда в первый раз увидела? – Да, я прекрасно знаю, что жульничаю. Но, бог мой, я не хочу ему ни в чем признаваться.

– И то и другое.

Конечно, ему подавай все.

Я опускаю взгляд на его латы и трогаю пальцем рисунок – скелет и женщина в жарком объятии.

– Когда я первый раз тебя увидела… – я умолкаю. Дьявол, не хочу, не хочу я это делать, – …то подумала, что ты самый красивый мужчина в моей жизни.

Ну вот, я это сказала, и при этом отмер только совсем маленький кусочек моей души.

В глазах Смерти загорается мрачный свет.

– Это… это хорошо? – спрашивает он.

Я подавляю смешок, потому что ну как сказать, красота – это хорошоили нет? Не знаю…

– Это заставляет меня чувствовать, что я хочу тебя, даже когда не надо бы, – признаюсь я.

– Хочешь меня? – повторяет он.

Я бросаю на него сердитый взгляд, стараясь не обращать внимания на его невыносимую красоту.

– Ты прекрасно понимаешь, о чем я.

– Опять ты жонглируешь словами, – шепчет Танатос, откидывая прядь волос с лица. – А я хочу неприкрытой правды, очищенной от всех ваших человеческих условностей.

Я раздраженно фыркаю. Вот черт, да он сейчас и в самом деле вытянет из меня все что хочет.

– Ты красив до безобразия, так что даже когда я тебя терпеть не могла, я всегдамечтала обнять тебя и поцеловать… – но тут я замираю, боясь продолжить, боясь выложить ему всюправду.

Подавшись вперед, Танатос ждет продолжения. Проклятье, он слишком восприимчив, чтобы не заметить моей выразительной заминки.

Неслышно чертыхнувшись сквозь зубы, я тянусь за полным бокалом всадника. Отпиваю из него изрядно вина и только тогда возвращаюсь к разговору. Я уже была готова соблазнять, но, дьявол, я не была готова, что меня встретят этими идиотскими вопросами, которые режут по живому.

Ты не обязана отвечать, – трусливо подсказывает внутренний голос. – Просто действуй и возьми дело в свои руки. –Поцелуй-другой, и все эти глупости вылетят у него из головы.

Но проблема в том, что (и большинству людей это прекрасно известно) обольщение – это не только про тело, но и про мысли, и про психологию. Это ничуть не меньшая часть соблазнения, чем всякие прикосновения и поддразнивания. Просто так уж получилось, что именно к этой части я меньше всего готова.