Книга Смерть, страница 154 – Лора Таласса

– Но твои братья чувствуют, что нужно спасти людей, – возражаю я.

Они сами мне говорили. Есть, должно быть, в нас что-то такое, что следует сохранить.

– Да, – соглашается Смерть. – Они так считают. Но их мнение не имеет значения. А мое– имеет.

И он предельно ясно дает понять, каково это мнение.

Я пытаюсь представить мир через сто лет: города, полные скелетов вымершей расы, здания, разрушенные и заросшие. Вообразить такое нетрудно, мы и так уже на полпути к этому.

– Что произойдет, если ты решишь пощадить человечество?

– Что толку говорить о таком, Лазария? Меня не заставить передумать. Даже ты со своим блестящим умом не способна на такой подвиг.

Не в первый раз Смерть заявляет это, и обычноя воспринимаю его слова как вызов, но сейчас они червями заползают мне в душу.

Я все еще не остановила его. Смерть все еще убивает и по-прежнему непреклонен в своей потребности убивать. Я занималась сексом с всадником много, много раз, но это не поколебало его решимости.

Сижу в седле еще несколько секунд, и постепенно обида сменяется гневом.

В чем, черт возьми, смысл всего этого?!

Обычно я не поступаю безрассудно, но сейчас перебрасываю ногу через седло и спрыгиваю со скачущего жеребца Смерти.

Танатос настолько удивлен, что не успевает поймать меня, – я уже шагаю прочь.

– Что ты делаешь, Лазария? – кричит он мне вслед.

Даже не утруждаюсь оглянуться. Мои разум и сердце в смятении, кровь кипит от ярости.

Слышу, как позади спешивается Танатос, но и только.

– Ты действительно думаешь, что сможешь сбежать от меня? – непринужденно интересуется он.

Игнорирую.

– Тут никого нет, кроме меня.

Продолжаю игнорировать.

Слышу шелест раскрывающихся крыльев, потом тяжелый хлопок, и Смерть возносится в воздух.

Его тень накрывает меня. Он разворачивается в небе лицо ко мне. Доспехи сверкают на солнце.

Потом всадник опускается на землю и плавно складывает за спиной черные крылья.

– Что происходит, Лазария? Это из-за того, что я сказал? Я не предполагал…

– Что мы делаем, Смерть? Что мы делаем на самом деле?

Я устала – я устала уже очень, очень давно. Я притворялась, что усталость ушла, потому что должна была, но теперь она всей своей тяжестью обрушивается на мои плечи.

– Ты уничтожаешь мир, а я что? Маленькое дорожное развлечение?

Глаза щиплет от этих слов.

– Конечно, ты не развлечение, кисмет. Я забочусь о тебе больше всего на свете.

– Люди идут на уступки, Танатос, – горячо говорю я. – Когда они заботятся друг о друге, они уступают.

– Я не человек, – напоминает он.

Ага, это его старая защита.

– Отлично, ты не человек, и никакие правила к тебе не относятся, – соглашаюсь я. – Просто отпусти меня. – Я киваю на дорогу позади него. – Давай разойдемся раз и навсегда.

Потом я найду своего сына, и мы проживем с ним то короткое время, что нам отпущено.

Смерть стискивает зубы.

Я шагаю дальше, не заботясь о том, что придется пройти мимо него.

– Нет, – говорит он, распахнув крылья. – Я не позволю тебе уйти.

Я вскидываю руки:

– Значит, ты хочешь получить и человеческий опыт, и выполнить своенебесное задание. И полагаю, ты хочешь, чтобы я просто заткнулась и смирилась, так?

Он делает шаг вперед.

– Это выше моих…

– Стоп, – обрываю его. – Хватит всех этих «Я не человек», «Это выше моих сил», «Я просто выполняю приказы». Ты насмехался над своими братьями из-за того, что они приняли решение…