Книга Спасенная Пришельцем, страница 45 – Аманда Майло

Не то чтобы я действительно когда-то страдала этими заболеваниями.

Но слышала о них.

К завтрашнему дню практически все царапины поблекнут до тех пор, пока я не повторю всю процедуру, но сейчас… да, согласна, это выглядело очень плохо.

И да, мне стоило показаться группе наблюдения. Чтобы все эти хобсы столпились вокруг меня, надо мной… поднимали мое тонкое, словно бумага, платье, осматривали меня, прикасалисько мне…

Я услышала визг тормозов в своей голове, который сигнализировал о прекращении мыслительного процесса.

«Большое, выделенное: Нет, нахрен».

А Задеон, казалось, потерялся в своих собственных думах… потому что он выглядел так, будто не слышал ни одного произнесенного мной слова.

Он безучастно смотрел на меня.

— Царапины выглядят весьма свежими.

— Они… такие.

Задеон стал медленно переводить внимательный взгляд с одной ноги на другую, без сомнения, отмечая каждый выпуклый рубец.

Что нужно сделать, чтобы он поверил мне? «Я всего лишь почесалась».

— Ты калечишь себя.

Я отшатнулась, будто он ударил меня.

— Нет! Я не делала этого! Все совсем не так.

Его взгляд был холодный. Затравленный.

— Ты причиняешьсебе боль.

Я ощущала, как в моей груди начал нарастать стыд, который желал вырваться наружу, чтобы заставить меня свернуться в клубок и умереть. Я не калечила себя.

«Или калечила?»

«Нет! Это укусы инопланетных змей, ради всего святого! Дело не в моей голове… во всем виноват ЗУД!»

— Я учуял запах крови. А когда пришел, то обнаружил, что ты калечишь себя… — Задеон выглядел так, будто не знал, что с этим делать.

— Я не калечиласебя… — начала я.

Неожиданно Задеон занял все поле моего зрения, оттесняя меня назад. Он яростно махал когтем в воздухе, указывая на рубцы, покрывающие мои ноги.

Я съежилась. С таким же успехом он мог ударить меня ножом.

Внезапно меня пронзил шок от осознания, что я воспринимала как должное хорошее отношение Задеона. Его нежные действия, слова, осторожное обращение, начиная с моей личности, заканчивая моими эмоциями и чувствами… поэтому тот факт, что он действительно сейчас сердился на меня — как он был разочарован во мне — причинял боль.

Я должна была хотя бы попытаться объясниться. Мне было необходимо, чтобы Задеон понял…Он что-то значилдля меня, а значит, его мнение тоже имело значение.

Просто до данного момента я не понимала насколько.

Я все же попыталась выразить это в слова:

— Полагаю, ты слышал, что это помогает некоторым людям, когда они чувствуют себя… плохо. Я тоже слышала про это… но сама ничего подобного не делала! На самом деле я действительно не собиралась раздирать их до крови. Я просто случайно зацепила струп, клянусь!

Я никогда не видела такого взгляда у Задеона. Он никогда так не смотрел на меня.

— Ты имеешь в виду ощипывание. Хобсы делают так… — его глаза еще сильнее сощурились. — Хобсы делают так, когда их переводят в холостяцкие гнезда. Самые высокопоставленные клюют и изводят тех, кто ниже их по иерархии…

«Ауч».

— …пока те не повыщипывают себе гриву. Всю свою гриву.

Он многозначительно посмотрел сначала на мои руки, а затем на низ моего очень-едва-прикрытого-«я хотела слиться с этой тряпкой»-полотенца.

— Стоп, послушай, — я подняла ладони в знак капитуляции. — Волос нет из-за бритья, а не из-за выщипывания. Я понимаю, что ранее ты взаимодействовал только с людьми из своей расы, из-за чего имеешь немного другой опыт, но нам явно нужно установить между собой доверительные отношения, потому что ты должен мне верить. И я утверждаю, что не калечу себя.