Онлайн книга «Любовь по требованию и без…»
|
Его хриплый стон, когда вошел в мое тело, за секунду до моей собственной кончины от мучительного нетерпения, от невозможности больше его ждать… Мой облегченный выдох. Словно вместе с моей девственностью, отданной этому мужчине, исчезло что-то еще. Что-то долго и мучительно сжимавшее меня, и вот, наконец, отпустившее. И все слилось в одну мелодию. Вплелось в звуки странной, неземной песни, звучавшей у меня в голове с той секунды, как этот мужчина прикоснулся ко мнев самый первый раз … Мой мужчина и моя погибель… Моя первая и последняя любовь… После мы долго лежали, приходя в себя. Я у него на плече, в кольце его рук. Одна его лапа разлеглась у меня на попе, все время ее поглаживая. Вторая на затылке перебирала мои волосы. – Снежинка, ты умеешь варить кофе? – вот что он спросил у меня, когда к нам вернулась способность говорить. Я сдавленно хрюкнула ему в плечо: – Ничего себе нежности у тебя… Разве ты не должен начать выпытывать у меня, как я себя чувствую, и не болит ли у меня что-то? Вроде бы так положено обращаться с только что потерявшими невинность девушками. – Как ты себя чувствуешь? Болит что-нибудь? – послушно повторил он за мной. – Отлично. Немного. Умею. Сварю, если хочешь, – ответила я на все вопросы сразу и попыталась подняться. Тяжелая рука опрокинула меня обратно: – Лежи, давай, сама сказала, что ты только что потерявшая девственность дуреха. Значит, тебе положено лежать и страдать. Про кофе я на будущее интересуюсь. – Какое будущее, и почему дуреха? – полюбопытствовала я, зевая. Внезапно ужасно захотелось спать. Все-таки я несколько часов бродила по улицам, успев и замерзнуть, и устать. – Наше будущее. Твое и мое, – он снова обвел ладонью мою попу и перебрался на поясницу. Умостил руку поудобнее, подул мне в макушку и велел: – А теперь спи. И уже проваливаясь в уютную темноту, я вдруг вспомнила об одной важной вещи. С усилием вытащила себя из дремы и спросила: – Слушай, а как тебя зовут?.. Глава 51 Я нынешняя, пустая и бездушная кукла, стояла у окна в маленькой квартирке в чужой стране, до хруста вдавившись лбом в стекло. Стискивала в ладони потертую пластмассовую снежинку и рыдала так, как никогда до этого в жизни. Утопала в тех счастливых воспоминаниях восьмилетней давности, оплакивая свою юность и свою несостоявшуюся любовь. Восемь лет назад… Эй… – Слушай, а как тебя зовут?.. Он засмеялся. Вот просто заржал, как коняка на лугу! – Ты чего? – я даже спать перехотела от его хохота. – Снежинка, я поражен, – серьезно заявил он, отсмеявшись. – Я польщена, конечно, что так тебя воодушевила. Еще бы пояснил, что я такого сказала. – Снежок, ты меня уморила – лишилась девственности с первым встречным и только потом догадалась спросить, как его зовут. Он вдруг стал очень серьезным. Рывком подтянул меня к себе и зло спросил: – Ты всегда такая безбашенная дура? Я вытаращилась на него, пытаясь понять, что его так завело. Не выдержала и спросила: – В чем дело? Я не собираюсь предъявлять тебе претензии или что-то требовать от тебя. И рыдать над загубленной невинностью не собираюсь, как видишь. Оттолкнулась от него и, перекатившись на край кровати, закуталась в одеяло. Буркнула: – Обойдусь и без твоего имени. И мое тоже не спрашивай. Останемся друг для друга «Эй» и «Снежинка». |