Книга Потусторонние истории, страница 105 – Эдит Уортон

– Босые… – прошептал он.

Пастор пропищал дрогнувшим голосом:

– Следы покойницы.

Сильвестр Бранд не шелохнулся.

– Следы покойницы, – повторил он.

Пастор Хиббен испуганно тронул его за плечо.

– Идем отсюда, Бранд. Ради Бога, пошли.

Несчастный отец стоял и неотрывно смотрел на следы на громадном белом полотне – их будто оставила лисица или белка.

«Живые так не ступают, – подумал Босворт. – Даже Ора Бранд при жизни не смогла бы…»

Он промерз до мозга костей, зубы стучали.

Внезапно Бранд развернулся к ним.

– Пора! – скомандовал он и двинулся вперед, нагнув голову на бычьей шее.

– Что? – охнул пастор. – Зачем?! Он ведь сказал «завтра»…

Его трясло как осиновый лист.

– Нет, сейчас! – рявкнул Бранд и толкнул дверь.

Та не поддалась, и он с силой надавил на нее плечом. Дверь опрокинулась, как игральная карта, и Бранд исчез в кромешной тьме. Оррин и пастор, поколебавшись лишь секунду, последовали за ним.

Дальше события развивались так стремительно, что у Босворта в памяти все смешалось. После ослепляющего снега они словно нырнули в непроглядный мрак. Шаря по стене рукой, он почувствовал, как в нее вонзилась заноза, и тут в самом темном углу забелело что-то эфемерное и призрачное. Раздался выстрел, затем крик…

Бранд, пошатываясь, прошел мимо Оррина и, задев его, вывалился на еще не угасший дневной свет. Заходящее солнце, внезапно пробившись между деревьями, коснулось его лица: оно сделалось багровым, будто налилось кровью. Старик тупо озирался по сторонам, держа в руке револьвер.

– Стало быть, они и вправду хотят… – Бранд захохотал, а затем опустил голову и воззрился на оружие. – Тогда уж лучше здесь, чем на кладбище. Теперь им ее не откопать!

Двое мужчин схватили его сзади и выбили из руки револьвер.

IV

На следующий день, когда Босворт вошел в дом на обед, его сестра Лоретта, помогавшая по хозяйству, спросила, слыхал ли он новость.

Все утро Оррин пилил дрова и, несмотря на мороз и неутихавший с ночи снегопад, был весь в холодном поту, как человек, которого лихорадит.

– Какую новость?

– Венни Бранд слегла с воспалением легких. К ним заходил пастор. Похоже, она при смерти.

Босворт поднял на сестру отрешенный взгляд. Ему казалось, что их разделяют мили.

– Венни Бранд? – переспросил он.

– Ты всегда ее недолюбливал, Оррин.

– Она еще ребенок. Я ее толком не знаю.

– Ну так вот, – повторила Лоретта, беззлобно смакуя плохую новость, как это свойственно лишенным воображения людям. – Бедняжка, похоже, умирает. – Чуть помолчав, она добавила: – Бранда это просто убьет, ведь он останется совсем один.

Босворт поднялся.

– Сивой надо ногу перевязать, – буркнул он и вышел под нескончаемый снег.

Венни Бранд хоронили на третий день. Пастор прочел заупокойную, Оррин Босворт помогал нести гроб. Народ собрался со всей округи: снегопад наконец стих, а похороны в любое время года были редким поводом выйти в свет, так что их не пропускали. И уж тем более похороны юной красавицы Ванессы Бранд (несмотря на смуглую кожу, многие считали ее красивой), что придавало ее скоропостижной кончине очарование трагедии.

– Говорят, у нее был отек легких… Она вроде и раньше часто болела бронхитом… Я всегда говорила, что девчушки-то обе хиленькие. Ора вон, бедная, – тоже зачахла на глазах!.. Так у Бранда на ферме еще и холод какой… Да и мать их вроде как от того же скончалась. Среди ее родни до старости вообще никто не доживает… А вон, смотрите, Бедлоу пошел – говорят, они с Венни обручены были… Ой, это вы простите, миссис Ратледж… Вы чуть дальше вдоль скамьи пройдите – там место рядом с нашей бабушкой…