Книга Последний призыв, страница 23 – Лисса Рин

Ладно, сначала нужно разобраться с нынешней оболочкой, а там уж посмотрим.

Едва я пересекла проспект и вошла во двор первой попавшейся новостройки, меня снова скрутило от боли – призыв набирал силу. Я хмыкнула: выходит, взывающий все-таки определился, раз продолжает так настойчиво звать, слово за словом подтачивая мое настроение и свои шансы на долгую счастливую жизнь.

Сделав пару шагов, я устроилась на ближайшей скамейке и алчно облизнулась: потерпи, родимый, сейчас приду. Только вот с телом разберусь и предстану пред тобой во всей своей проклятой красе. С телом, к слову, можно было бы вообще не церемониться. Как и предлагала Мирейна: бросить его на лавке и уйти. Глядишь, может, кто и подберет. В смысле, поможет. Не совсем же смертные пропащие, чтобы оставитьбеспомощного…

Мой взгляд привлек толстощекий подросток лет двенадцати с огромным, едва ли не в половину его роста, портфелем за спиной. Занеся руку с камнем над отощавшей грязной кошкой, он злорадно ухмыльнулся и алчно облизал губы в предвкушении веселья. Я непроизвольно сжала руки в кулаки, но мысленно одернула себя и прикрыла глаза, не желая видеть неприглядную изнанку лощеного города. В конце концов, это не мой мир и не мои правила. Не мне их и нарушать.

Целую долю секунды я была уверена в своем решении. А затем жар в глазах стал совсем уж невыносимым, и я распахнула веки. Меня ведь сегодня столько раз обзывали бесом! Так почему бы и не спуститься ненадолго на нижнюю ступеньку инфернальной иерархии?

Мальчишка все с тем же камнем застыл на месте, затем сделал шаг-другой в сторону и, запнувшись в собственных ногах, плюхнулся в гниющее на песке месиво брошенного кем-то ужина. Кесарю – кесарево, гнилому – гнилое.

Проклинающему да воздастся.

Спустя минуту, осознав всю плачевность своего положения, пацан громко завыл. Кошка зашипела и убежала, а моя зловредная сущь возликовала. А потом ругнулась и скрючилась от боли.

Ай, моровая урна! Сейчас…

Так, что тут у нас? Цветы жизни на цветущей клумбе, самозабвенно заливающие себя энергетиками и информационным контентом из телефонов; спешащий к машине мужчина в дорогом костюме… Эх, не думаю, что этим будет хоть какое-то дело до незнакомца на скамейке. Зато вон та пенсионерка подвида «бабушка-ромашка» очень даже подходит. Такая ни за что не пройдет мимо лежащего на скамейке человека… после того, как дойдет до него. Годика этак через два.

Проклятые иголки, и чего я вообще так беспокоюсь о теле неудачника, желавшего проклясть собственного брата? Бросить его, как все предвечные делают, да и дело с концом! А то время только теряю. О, а как насчет вон того юноши, задумчиво бредущего мимо? Высокий, крепкий, вроде никуда не спешит и… Ой-аргх, что? Куда?! Да как же?..

Парень споткнулся на ровном месте, перелетев через низенький заборчик. Я выставила ладонь – и незнакомец под воздействием моего эфира пролетел буквально в паре дюймов от острого краешка скамейки.

Я прикрыла рот рукой, чтобы удержать рвущиеся наружу ругательства, которые лишь силой воли и в самый последний момент удалось заменить удивленным возгласом.

Что ж ты, мякиш,неуклюжий такой! Да вон тот пенсионер с палками для скандинавской ходьбы и бодро колышущимися окорочками в обтягивающих трениках и то ловчее тебя будет!