Книга Наглый. (не)верный. Истинный, страница 101 – Эль Вайра

— Лайон? — зову я, но она не двигается. Моё терпение на исходе. — Не накручивай ты себя! Мы просто обменялись любезностями. Привыкай, демон эксперт по идиотским шуткам. Даже в конкурсе будет участвовать, придётся тебе за него болеть.

Я беру фейри под локоть и подвожу к столику, на котором стоит шкатулка с Гранями.

— Ну давай, колдуй. Включи артефакт наконец-то.

Лайон берёт кристалл в руки, и он снова начинает светиться. Внутри поднимается вихрь искр — свидетельство того, что магия работает. Она внимательно рассматривает артефакт, а я сгораю от нетерпения.

— Ну? Что там?

— Я настраиваюсь на нужную волну и внутреннюю тишину.

Возможно, не стоит её отвлекать. Но я не могу удержаться от ещё одного вопроса, слишком важного.

— А что будет, если Грани всё-таки разбить? — Бросаю быстрый взгляд на демона. — Я просто спросил!

— Ничего хорошего не будет, — отвечает Боллинамор. — В них скрыта великая сила, позволяющая пронзать прошлое взглядом. Разобьются— вся эта мощь высвободится, и тем, кто окажется возле, не поздоровится... Наверное.

Запрет Доментиана прикасаться к Гранями обретает ещё больше смысла. Не хотелось бы, чтобы из-за меня Академия взлетела на воздух.

Несколько минут мы проводим в тишине. Я заставляю себя умолкнуть и терпеливо жду, ведь осталось совсем немного. Сейчас Лайон ещё раз повертит Грани, немного серебристых, золотистых искр и-и-и…

— Брам! — говорит демон. — Тебе пора. Завтра сам тебя найду.

Я поднимаю на него глаза.

— Что ты сказал?

— Иди, говорю. — Он указывает на выход.

Бредит? Или хочет забрать артефакт себе? Но если хочет, зачем тогда помогал мне выбраться из подземелья? Мог бы просто оставить там умирать.

В любом случае, у него ничего не выйдет.

Я расправляю плечи, смотрю на демона в упор и отвечаю коротким:

— Нет.

— Брам, не заставляй выпроваживать тебя силой.

— А ты попробуй. Глазами сверкни, если хочешь. Только не забудь, что я их тоже менять умею. И не только их.

Я сжимаю кулаки, но не для того, чтобы начать драку, а просто чтобы напомнить демону — и себе заодно — какие когти появляются, когда наружу вырывается бейтир. Проблема в том, что я недостаточно зол, и поэтому не уверен, что смогу обратиться быстро. Но если Доментиан продолжит в том духе, у него есть все шансы это исправить.

— Даже так? — отвечает он с издевательским спокойствием. — Ну вперёд, устрой представление. Зрители нужны? — Он обходит меня, толкая плечом, и открывает дверь. — Начинай, Брам! Напомни, кстати, а в вашем гениальном законе только полные превращения считаются? Если нет, это как раз будет…

— Хватит!

Проклятый плут. Знает, на что давить. За третье самовольное превращение полагается смертная казнь, но я понятия не имею, нарушил закон один раз или уже два. Бейтир тоже считается? Или нет? Не должен, по идее, ведь Доментиан сам сказал — этих странных полудраконов не видели уже двести лет. Но что, если… проклятье. Откуда мне знать, что было в головах у тех, кто принимал закон? Я никогда не интересовался подробностями, а отец про них не говорил.

Но это всё ещё не повод меня выпроваживать.

— Доментиан, я никуда не уйду. И так потратили два дня впустую, мне нужны Грани…

— Как и мне. Но сегодня артефакт не заработает.

Как это? Почему? Мой взгляд мечетсяк Лайон, и демон пользуется этим коротким замешательством, чтобы вытолкнуть меня в коридор. От неожиданности я не успеваю начать сопротивляться.