Книга Наглый. (не)верный. Истинный, страница 103 – Эль Вайра

— Либо мы устанавливаем правилаи следуем им, либо я отказываюсь от проекта! Можешь рисовать декорации вместе с Роном, а я умываю руки.

Брам изгибает бровь.

— И что же за правила ты придумала?

Он слишком близко. Поздно ругать себя за то, что позволила вот так подойти. Я теряюсь и начинаю мять пальцы. Приходится выдумывать на ходу.

— Ну-у… например, мы будем говорить только о деле. Никаких обсуждений истинности или разговоров о тебе и…

Лизель. Не могу произнести её имя. От него во рту сухо, будто я наелась золы.

— Что-то ещё? — уточняет Брам, и искорки веселья пляшут в зелёных глазах.

Он медленно, очень медленно склоняется надо мной. Его дрожь становится ощутима и передаётся мне. Он тянется к моей талии, но я отступаю и снова сажусь на спинку, пытаясь сделать дыхание ровным.

— Ещё мы… мы не должны обниматься! И целоваться. И вообще прикасаться друг к другу.

— Хм, интересно. Но я не очень понял. Нельзя делать так?

Брам целует стремительно, как всегда. Его поцелуй такой горячий и глубокий, словно нам обоим больше никогда не придётся дышать.

Под его напором я отклоняюсь назад. Мои ноги теряют контакт с полом, но Брам удерживает меня крепко, не давая упасть. Другой рукой он находит край моего платья и скользит вверх по бедру, сжимая кожу там, где заканчиваются чулки. Волны тепла растекаются по телу, и я цепляюсь за Брама, обхватывая его шею одной рукой, пока пальцы другой путаются в его волосах.

Кажется, легче остаться без воздуха, чем разорвать этот поцелуй, но Брам с жадным вздохом отстраняется от моих губ и прижимается к уху.

— Не уходи больше. Я так соскучился.

Мне удаётся сдержать порыв и не сказать: «Я тоже». Нужно было оттолкнуть его, но вместо этого я наслаждаюсь горячим шёпотом:

— Пойдём в спальню. Всё будет как в Файхолле, ты ведь хочешь?

— Н-нет... не хочу.

Попытка вырваться из его рук ни к чему не приводит. Я чувствую, как Брам улыбается мне в шею.

— Врёшь, — еле слышно бормочет он.

Это слово заставляет меня собраться и выпрямиться, чтобы вновь почувствовать пол под ногами. Врёт Брам, а не я.

Он поднимает лицо, но лишь для того, чтобы вернуться к моим губам. Я отворачиваюсь. Но всё же осознаю, что если он сейчас скажет правду… то я сдаюсь. Продолжать сопротивляться будет выше моих сил.

— Брам, а где… — голос меня подводит,но я пробую снова: — Где ты, всё-таки, взял кольцо?

К счастью, я оставила Луму в комнате, иначе было бы очень неловко.

Брам тихо стонет.

— Мадлен, пожалуйста, не сейчас!

— А когда?

Я уклоняюсь от очередного поцелуя, хотя на самом деле именно его и хочу.

— Я всё объясню. — Брам нежно касается моей щеки и прикладывает свой лоб к моему. — Но позже. Пожалуйста. Дай мне время, ещё немного.

— Ладно. Если не хочешь говорить о кольце, тогда расскажи...

Я вздыхаю и хмурюсь. Почему я вообще задаю эти вопросы? Но пусть у Брама будет ещё шанс.

—...расскажи, что такое эскариат?

Как она узнала? Откуда она узнала?!

Я сделал всё, чтобы этого не случилось. Когда мы вернулись из Файхолла, я сразу же забрал из библиотеки все книги, в которых упоминалась драконья истинность, чтобы Мадлен случайно не наткнулась на лишнюю информацию, пока… пока я сам не решу рассказать. Стопка книг получилась внушительной, но я справился, вынес всё, оставив только сказки на древнедраконьем. Не могла же Мадлен его выучить?