Книга Наглый. (не)верный. Истинный, страница 105 – Эль Вайра

Но выхода нет, мне нужно проверить. Я прячу папку с рисунками Мадлен в шкафу в мастерской, подальше от лап Козетты. Затем беру её саму — кошка лежит в гардеробной, набираясь сил перед ночными забегами и оставляя на одежде шерстяные следы.

— Пойдём, красотка, пора позлить одного ушлого демона.

Козетта шевелит ушами, но не сопротивляется, слишком сонная. Сейчас это преимущество, но на месте могут возникнуть проблемы — придётся постараться, чтобы как следует её разыграть.

В спешке я чуть не забываю взять ненужные листы под шарики, но на глаза вовремя попадается учебный блокнот. Хватаю его и несусь к двери. Времени запихивать Козетту в сумку нет, поэтому приходится держать её покрепчеи игнорировать недоумённое «мяу». Если кто-нибудь заметит мурлокса и попробует отобрать, то отправится прямиком в лазарет. Церемониться я не намерен.

Но когда я открываю дверь, эти грозные планы рушатся, потому что на пороге стоит Доментиан. Судя по поднятой руке, он собирался стучать.

— Ага! Сам явился! — Я выпускаю Козетту, роняю бумагу и хватаю демона за грудки. — Ты что творишь? Решил меня без Граней оставить, да?!

— Отцепись! Ещё сюртук помнёшь. — Он бьёт меня в живот, заставляя разжать пальцы, и продолжает: — Я выставил тебя за дверь, чтобы ты, во-первых, не мешал разговору с Боллинамор, а во-вторых, чтобы не придушил её, когда узнал, что фейри не умеет обращаться с артефактом.

— Что?

Она не умеет? А искры? Грани сияли в её руках!

— Ну давай ещё расплачься, — говорит Доментиан. — Да, не умеет. Но попыток не оставит. Я за этим прослежу. Другого выхода нет, если только среди твоих знакомых не затесались вожди из Бальбиэна.

— Но Мадлен...

— Подождёт твоя Мадлен ещё несколько дней. Никуда не денется. И неужели кроме Граней у тебя нет никакого плана? Придумай что-нибудь. Ходи следом, дари подарки, добейся свидания. Умоляй о прощении, в конце концов. Они это любят.

Умолять о прощении за то, чего не делал? Отличная идея. Поступлю так один раз, и придётся всю жизнь ползать на коленях за любую мелочь. Нет. Мадлен должнапонять, должнаповерить, что это Деверо пыталась нас разлучить. Она одна виновата, и только ей просить прощения. Моя цель — доказать это. Но без Граней не выйдет. Все эти блуждания по мрачным подземельям оказались бесполезными.

— А куда ты, кстати, так нёсся? — спрашивает демон. — Ещё и с кошкой.

Козетта устроилась у наших ног, задумчиво жуя листок бумаги. Я делюсь своим планом с Доментианом — создать портал в его комнату, чтобы вынудить его открыть дверь, — и он смеётся.

— Кадум, как можно быть таким умным и таким тупым одновременно?

Дать бы ему по ушам, но сил не хватает. Хочется упасть на кровать и до ночи пялиться в потолок.

— Иди к себе, — советует демон. — Тебе стоит нормально отдохнуть, выглядишь как драный кот с помойки, а не герцогский сынок. И запомни: завтра среди друзей тебе надо невзначай упомянуть, что я приударил за Боллинамор, а она вовсе не прочь принять мои ухаживания.

Он уходит. Мы сКозеттой возвращаемся к себе и закрываем дверь. Я пытаюсь представить себя в тот день, когда ещё ничего не знал о Гранях. Что бы я делал, если бы Доментиан никогда не рассказал об артефакте?

Ходи следом. Ну да. И постарайся избегать неудобных вопросов про эскариат.

Дари подарки. Кольцо подарил, а стало только хуже. Мадлен как-то узнала, что я его не покупал. Хотя вот цветы я ещё не пробовал... Наверное, от них вреда не будет.