Книга Наглый. (не)верный. Истинный, страница 112 – Эль Вайра

Я начинаю стягивать сюртук, мысленно перебирая содержимое гардероба.

— Переодевайся не в гостиной, — говорит Доментиан. — Возможно, Лайон придёт.

— А, она уже видела меня во всей моей драконьей красе.

Он чуть ли подпрыгивает на месте.

— Что? Думай, что говоришь!

— Тебе-то что? Она ж тебе фиктивная невеста.

— Разумеется, мне всё равно. Но я не должен допустить, чтобы кто-нибудь считал, что Лайон мне изменяет, это помешает нашей сделке.Так что быстро говори, ящерица, когда, как и при каких обстоятельствах Лайон видела тебя во всей красе?!

Ага, всё равно ему, как же.

— Да ладно тебе, я шучу! Я всего лишь без рубашки был, спал. А твоя Лайон пришла и давай расспрашивать о тебе. Это было ещё до того, как вы заключили сделку.

— Дракон, ты аккуратнее шути. Особенно с Лайон. Ты вот назвал настойку Алассара зельем храбрости, а она поверила.

— И что с того?

Поверила, и прекрасно. На это и был расчёт.

— Она выпила её, чтоб набраться храбрости ограбить дроу.

— Лайон? Ограбить дроу? Праматерь, зачем ей это?

— К ней и её подруге прибилась кошка — один из мурлоксов, и дроу недавно её забрал. Вот Лайон и собиралась выкрасть свою кошку обратно.

— Ах вот оно что!

На днях ко мне подошёл однокурсник и сказал, что «моя любимая» бегала босиком по саду в короткой юбке и обнимала деревья. Я чуть не подавился. «Мадлен?!». «Почему Мадлен? Разве ты не встречаешься с Лайон?»

Понятно, откуда этот бред. Я смеюсь и хлопаю демона по плечу.

— Извини, не думал, что Лайон воспримет всё так буквально. Неудобно вышло.

— А где твой мурлокс, кстати? — Доментиан смотрит по сторонам. — Я тут уже десять минут, а Козетта до сих пор не вышла изгадить мой костюм своей шерстью.

— Она где-то там. — Я показываю рукой в сторону спальни. — Или там. — Ещё один жест к лестнице, ведущей на верхний этаж. — А может в мастерской жуёт мои эскизы. И почему она так любит бумагу?

— Скоро тебя избавят от этой неприятности. Дроу придёт за мурлоксом. Готовься.

— Пф-ф, ещё чего. Козетта моя. А дроу, если хочет, пусть готовится сам. Я его встречу как следует.

— Ну-ну! Ладно, мне пора, когда переоденешься, не забудь причесаться. И смени уже парикмахера. Или ты сам себя стрижёшь ножиком для заточки карандашей?

Он идёт к выходу, но я его останавливаю.

— Доментиан, подожди! Э-э… насчёт Граней. Они ведь почти заработали. Ты не против, если я расскажу всё Мадлен? Чем меньше загадок, тем меньше она будет злиться.

Демон берёт паузу и выглядит недовольным, но в итоге вздыхает:

— Хорошо. Но только если ты берёшь на себя ответственность за то, чтобы Шантиль больше никому не проговорилась.

— Обещаю, она никому не скажет. Мадлен ответственная. Но если что, то спрос с меня, договорились.

— Надеюсь, доэтого не дойдёт. Иначе Шантиль придётся искать нового жениха.

Доментиан уходит, а я поднимаюсь наверх, в гардеробную, чтобы найти среди одежды что-нибудь подходящее и, желательно, не испорченное Козеттой. Не могу поверить, что всё складывается так удачно. Осталось только прийти на бал, немного потанцевать с Мадлен и уговорить её пойти со мной. Потом я расскажу ей о Гранях и обо всём остальном… Она должна понять. Разве стал бы я лезть в подземелья и рисковать международным скандалом с вампирами, если бы не любил её?

Но когда я прихожу к ней в комнату, чтобы отвести на бал, дверь открывает не она, а одна из соседок, Уна.