Книга Наглый. (не)верный. Истинный, страница 12 – Эль Вайра

Слёзы снова подступают, но блондин вовремя меня отвлекает, галантно целуя руку.

— Ну вот, думаю, это место больше подходит для знакомства. Я Леон Блэрвик, а ты…

— Мадлен. Мадлен Шантиль.

Блэрвик — фамилия моей соседки-грифоницы. Редкое совпадение.

— А ты случайно не родственник Лейсы Блэрвик?

— Вовсе не случайно. Она моя кузина. Вы знакомы?

— Да, живём в одной комнате. Лейса очень милая.

Леон улыбается,и надо признать — очаровательно. Глаза у него карие, как и у всех грифонов, они излучают заботу и тепло. Волосы чуть блестят, переливаясь на солнце — у других рас такого эффекта не встретишь.

— Кажется, удача на моей стороне! — говорит Леон. — Давай я провожу тебя до комнаты и сделаю вид, что просто хотел навестить свою кузину. Идёт?

— А если Лейсы там не будет?

Он усмехается.

— Так даже лучше. Тогда у меня будет замечательный повод заглянуть к тебе ещё раз.

Я соглашаюсь, надеясь, что его компания поможет отвлечься. Прошу рассказать о себе, и он охотно делится. Оказывается, он в СУМРАКе новенький — перешёл из Императорской академии имени герцога Соверса, и тоже на факультет искусств.

— Будешь изучать живопись? — уточняю я.

— Нет, я на магической скульптуре.

— А почему решил перевестись?

— Чтобы меньше платить за учёбу. Мой отец в прошлом году закрыл две ювелирные лавки из-за убытков. Я решил немного сократить его расходы.

— Твой отец — ювелирный мастер?

Неудивительно — грифоны отменные ювелиры, ведь они единственные в нашем мире чувствуют запах золота и лучше других обращаются с драгоценными металлами.

Леон кивает и рассказывает о деле своего отца. Увлечённые беседой, мы незаметно достигаем женского крыла и поднимаемся к комнатам. Но стоит пройти чуть дальше по коридору, и я с грохотом возвращаюсь с небес на землю.

Брам. Он здесь. Стоит, прислонившись к моей двери, серый и помятый. После вечеринок ему всегда так плохо… На секунду мне становится его жаль. А потом я вспоминаю, как он обнимал Лизель, и всякая жалость быстро проходит.

Не доходя до комнаты, я поворачиваюсь к Леону и вздыхаю.

— Спасибо, что проводил, но дальше я сама. Сейчас здесь развернётся неприятная сцена, не хочу, чтобы ты был её участником.

Леон переводит взгляд с меня на Брама и понимающе кивает.

— Кажется, кузину придётся навестить позже.

— Уверена, Лейса будет рада тебя видеть. И я тоже.

Леон уходит, а я медлю, собираясь с духом перед неизбежным разговором.

— Кто это? — спрашивает Брам, глядя вслед Леону. — Что ему от тебя нужно?

Смеет ещё ревновать! Актёр несчастный. Я фыркаю.

— Это не твоё дело.

Он хватает меня за руку и заглядывает в лицо. Приходится отвернуться, чтобы не опьянеть от его дыхания.

— Что случилось? Тебякто-то обидел?

— Что случилось, Брам? Ты ещё спрашиваешь, что случилось? Я видела тебя с Лизель!

— Не понимаю… Где видела? Что за чушь?

Его удивление настолько искреннее, что я убеждаюсь — ему прямая дорога в театр.

— Ты лежал в кровати с моей подругой, — цежу сквозь зубы. — В обнимку. Этого достаточно, чтобы послать тебя в пекло?

Брам моргает, затем усмехается.

— Ты что-то напутала. Если бы Лизель сунулась ко мне — вылетела бы из окна прежде, чем успела пикнуть.

— У тебя хватает наглости оправдываться? Я своими глазами видела! Вы обнимались, ты был без рубашки!

Слёзы снова подступают. Говорить становится больно.