Книга Наглый. (не)верный. Истинный, страница 21 – Эль Вайра

— Звал в гости, Кадум? Твой прихвостень передал приглашение. Только вопрос, а когда же мы успели стать добрыми приятелями, м-м?

Вот и я стала прогульщицей. Пропускаю занятия второй день подряд! Мои шансы на лучшую жизнь стремительно тают, а всё из-за одного любвеобильного дракона, который не умеет держать вожделение в штанах.

Впрочем, я сама виновата. Не надо было верить во всю эту чепуху про истинность. Я могу разве что оправдаться тем, что Брам был настойчив, а сама идея оказаться избранной звучала крайне заманчиво. Видимо, его измена — расплата за моё тщеславие.

Но самое обидное, что Браму всё равно. Он просто пойдёт дальше, ему-то что? Если не я, то найдётся другая дурочка, которая поверит в его сказки.

А ведь Лизель предупреждала, что Брам меня использует… Но я не должна жалеть о том, что между нами было. Мама говорила как-то раз, что сожаление — это тёмная комната без окон и дверей, и если попадёшь туда однажды, уже не сможешь выбраться. Чем дольше остаёшься внутри, тем гуще становятся тени, преграждая путь к свету. Поэтому я не должна жалеть. Но мне нужно оставить всё позади. Улыбку Брама и тепло его рук, его нежный шёпот и дыхание на моей шее… Все наши воспоминания.

Наивная, глупая Мадлен.

Не представляю, как мне дальше учиться в СУМРАКе. Утром у меня даже не хватило духу подойти к аудитории, где мог оказаться Брам. Мои колени дрожали, ладони потели, и в итоге я сама не заметила, как отбежала подальше — настолько далеко, что оказалась в саду живых скульптур.

Вчера я провела здесь весь вечер, сегодня — целый день. Даже на обед не ходила, всё равно кусок в горло не лезет. Но уже скоро я соберусь с силами и перестану прогуливать. Обязательно. Я даю себе в этом слово, сидя на маленькой скамейке под тутовым деревом и разглядывая мраморных драконьих полубогов.

— Неплохо! — раздаётся рядом знакомый голос. — В этот раз ты не плачешь. Но всё ещё грустишь! Надеюсь, у меня получится это исправить.

Я оборачиваюсь и не могу сдержать улыбку.

— Леон!

— Ты запомнила моё имя? Это очень приятно. — Он кивает в сторону скамейки. — Можно присесть? Если ты не против моей компании.

— Конечно! Присаживайся.

Леон садится достаточно близко, но не настолько, чтобы я чувствовала себя неловко.

— А у художников занятия уже закончились? — интересуется он.

— Я… эм… видишь ли…

Я пытаюсь придумать благовидную причину, по которой сижу всаду, а не на лекциях. И это так сложно! И как только Брам умудрялся обманывать меня целый год? О, он действительно талантлив.

— Нас вот отпустили пораньше, — говорит Леон, избавляя меня от необходимости выкручиваться. — И я решил посмотреть на местные скульптуры. Оценить, так сказать, фронт работ и уровень своих предшественников.

— И как тебе?

Леон медлит, словно размышляя о чём-то.

— Могу я говорить откровенно?

— Да, конечно.

— Не пойми неправильно, просто, насколько я знаю, ты невеста одного из драконов…

— Больше нет! — Это звучит так резко, что Леон вздрагивает. — Прости. Но это устаревшие данные. Я никому не невеста, и уж тем более тому дракону.

— Тогда, надеюсь, ты не обидишься, если я скажу начистоту. Я думаю, скульптуры в этом саду слишком… сильно прославляют драконов. Это неправильно для Академии, где все должны быть едины и равны.

Я хмурюсь, окидывая взглядом сад.