Книга Звезды для моей герцогини, страница 112 – Эль Вайра

* * *

Рядом с моими покоями стоит Кромвель. Когда я вижу его притворно дружелюбное лицо, на моей шее стягивается невидимая удавка. Воздух вокруг становится тяжелым и густым и обжигает мне горло, когда я пытаюсь сделать вдох.

Он пришел арестовать меня? За то, что я была на свадьбе Маргарет? Надо бежать. Бежать к Гарри. Или он уже в Тауэре? Черт, нас обоих навечно запрут в Тауэре. Мои рукитрясутся, как в лихорадке, когда я смотрю на фигуру канцлера.

Кромвель всё знает. Его одутловатое лицо гладко выбрито, волосы аккуратно подстрижены. Улыбка сдержана. Он не похож на злодеев из сказок старой Нэн, но я не видела людей страшнее, чем он.

— Ваша Светлость, — говорит он своим скрипучим голосом. — И леди Шелтон. Рад видеть вас.

— Мастер-секретарь.

Мой язык еле ворочается, а голос звучит почти так же сухо, как его.

— Леди Ричмонд, позвольте поговорить с вами наедине.

Я испуганно смотрю на Шелти и вижу в ее глазах точно такой же страх. Рука Кромвеля опускается на мою. Она на удивление мягкая. Не грубая, потрескавшаяся рука простолюдина, а легкая ладонь канцлера. Самого могущественного человека в стране после короля.

Я киваю Шелти, чтобы она зашла в мои комнаты без меня, и она проскальзывает в дверь, не скрывая облегчения. Мы с Кромвелем остаемся вдвоем. Он пристально смотрит на меня и продолжает вкрадчиво улыбаться.

— Вы слышали, Ваша Светлость? Сегодня господина Уайетта сопроводили в Тауэр.

Во мне всё падает. Не может быть.

— Надеюсь, — подбираю я слова. — Совсем скоро мы узнаем правду. И каждый получит по заслугам.

— Отлично сказано, леди Ричмонд. И вы поможете нам узнать правду, если выступите на суде.

Я чувствую, как кровь сходит с моего лица. Он, должно быть, видит мой испуг и продолжает держать мои руки, притворяясь, что заботится обо мне.

— Ничего сложного, — говорит Кромвель, — от вас только и требуется, что повторить то, что вы уже однажды сказали мне. Я могу рассчитывать на вашу помощь?

Я молчу и пялюсь на Кромвеля. Во мне пульсирует страх, но где-то глубоко внутри, сквозь него, пробивается гнев. Кромвель хочет, чтобы я свидетельствовала против моей королевы. Кузины. Против Анны, которая всегда была добра ко мне. Устроила мне лучший брак из возможных.

Этот безродный выродок думает, что я предательница. Язык все еще плохо меня слушается, но я заставляю себя сказать:

— Нет.

Его брови удивленно поднимаются.

— Вы сможете это сделать, ничего не нарушая, Ваша Светлость, — говорит он. — Вы не фрейлина Анны. Всего пара ваших слов, и вы поможете нам разобраться в этом сложном деле.

— Нет, — повторяю я, и на этот раз звучу увереннее.

Улыбка исчезает с его лица. Мне вдруг кажется, что я вижу егонастоящего. Зло во плоти.

— Кажется, вы не до конца меня понимаете, леди Ричмонд. Ваше упрямство не делает вам чести, и даже может навредить вам.

Он угрожает мне? Мать влепила бы пощечину прямо по его самодовольной роже. Я впервые за долгое время жалею, что ее нет рядом.

— Что вы имеете в виду, мастер-секретарь?

— Ваш брак, Ваша Светлость. Он еще не завершен. В таких случаях аннулирование занимает совсем немного времени, не находите?

Он молчит и пристально смотрит на меня. Думает, что напугал. Но я вспоминаю о Генри и чувствую прилив сил. Ты опоздал, Кромвель. Ты знаешь не всё. Не учел небольшую деталь.