Книга Звезды для моей герцогини, страница 135 – Эль Вайра

— Нет.

Помогали Гарри и Шелти. Я была лишь связующим звеном.

И так далее. На большинство их вопросов я честно могу ответить: «Нет». Нет, я не слышала никаких намеков — ни с ее, ни с его стороны. Маргарет прямо попросила священника поженить их. Нет, я не в курсе, завершили ли они брак. Я не держала свечу у их постели.

И нет, я не слышала, как мой дядя говорил, что хочет стать королем.

От последнего вопроса мне становится так противно, что хочется плюнуть им в лица. Томас любит Маргарет не за ее положение.Неужели так сложно понять, что не всё в этом мире вращается вокруг трона? Что есть кое-что поважнее, чем титулы?

— Вы знаете, когда они поженились?

— Я… нет, я не знаю, нет.

Надеюсь, они не заметят, как трясутся мои руки. Как я вру. Я точно знаю, где и когда они поженились. Один из следователей щурится и внимательно смотрит на меня, но я выдерживаю взгляд.

— Решение по вашему вопросу должны вынести быстро, Ваша Светлость.

— А не подскажете, когда именно?

— Вероятно, через неделю. Король хочет успеть поставить точку в вашем деле до закрытия парламента.

Они уходят, и, словно издеваясь, просят меня не покидать Лондон.

Спать не получается. Я просто сижу и жду. Пытаюсь шить, но испытываю жгучую ненависть к ниткам и игле, прямо как в детстве. Смотрю на Джоан, и отмечаю, что она слегка располнела.

— Извини, что кричала на тебя, — говорю я ей.

— Вы всегда были справедливы ко мне, Ваша Светлость.

Ко мне никто не заходит, и я никого в этом не виню. Шелти наверняка боится, что кто-то узнает про связь между ней, книгой и Маргарет. Гарри еще не арестован, насколько мне известно из обрывков слухов, собранных служанкой. Он ведь не подружка Маргарет. И, если бы он сейчас пришел, я бы не пустила его на порог, чтобы не подвергать опасности.

Из глубин своих сундуков я достаю «Послушание христианина», единственную книгу о Слове Божьем, что у меня есть. Когда, как не сейчас, о нем читать, пусть даже и ересь? Но я нахожу, что во многом согласна с Тиндейлом. Уверена, что даже не все придворные знают латынь, что уж говорить о простых людях. Если бы у них была Библия на английском, они могли бы найти в ней утешение в любой момент.

Хотя бы даже и перед смертью.

Я жду восемнадцатое июля. Дня закрытия парламента. Но одновременно боюсь, что этот день наступит. Жду, потому что Генри должен быть там. Он придет, я знаю, что он ко мне придет. Но я боюсь, что уже буду в Тауэре, и отец мне больше не поможет.

Ночь была длинной. И сам этот день не лучше. Меня бросает из жара в холод и обратно, а стоять и сидеть на месте не получается. Платье кажется ужасно тесным. Я то и дело открываю окно, чтобы впустить воздух, но закрываю его снова, чтобы никто не подумал, что я хочу через него сбежать. Хотя так я, скорее, разобьюсь намертво, ведь крылья у меня покане выросли.

Когда они приходят снова, я на грани помешательства. Мне хочется кричать, как дикий зверь. Уверена, что они пришли меня забрать. Потом придут за Гарри. Нас казнят двоих? Как Анну и Джорджа? От этого внезапного сравнения я почти срываюсь на истерику, но сдерживаю порыв, покрепче впившись пальцами в спинку кресла.

Пока они молчат, я не могу дышать.

— Ваша Светлость! Рады сообщить, что король не нашел доказательств, что вы причастны к преступлению вашего дяди. Вы можете быть свободны.