Книга Звезды для моей герцогини, страница 34 – Эль Вайра

— Что ж, раз это приказ, давайте развлечемся, леди Шелтон.

Они смеются над своей небольшой сценкой, а моя душа радуется, глядя на них. Они всё-таки сошлись на фоне любви к поэзии, и моя жизнь стала гораздо проще.

Шелти со всей ответственностью подходит к своей новой задаче — найти мне кого-нибудь для забавы. Она рассказывает Маргарет о нашей задумке, затем по-хозяйски окидывает взглядом зал, всматриваясь в мужские и юношеские лица, и начинает рассуждать вслух.

— Так. На Уэстона нет смысла тратить время, он женат и таскается за Мадж. Клера я тебе не отдам…

— Это почему? — интересуюсь я. — А как же Гарри?

Не то чтобы мне сильно нравился Клер, но мог бы посвятить мне стихи. Да и сам он довольно симпатичный, с русыми кудрями и веселыми темными глазами.

— Как ты правильно отметила однажды, моя Светлость, Гарри женат, — говорит Шелти. — Мне будет горько, когда наше приключение закончится, но когда-нибудьэто должно произойти.

Она хитро улыбается и добавляет:

— Если только его брак не аннулируют.

Меня передергивает от этого слова. Аннулирование. С тех пор, как король аннулировал брак с Екатериной, все вокруг как с цепи сорвались и стараются избавиться от неугодных жен. Отец пытается избавиться от матери. Возможно, он и для Гарри захочет найти жену получше? Ведь его брак с Фрэнсис де Вер до сих пор не завершен, как и мой.

Но едва ли отец выберет Шелти для Гарри. Если уж и отказываться от Фрэнсис, то только ради кого-то более знатного. Когда шли переговоры о моей помолвке с Генри, отец пытался договориться заодно и о браке Гарри с леди Марией, но такой проект даже ему оказался не по зубам.

— Что насчет Парра? — говорит Шелти. — Он приятный.

— М-м-м… Нет, пожалуй нет, — говорю я, глядя на Уильяма Парра.

Я и правда слышала о нем много хорошего. Прямой, бесхитростный, открытый. Но его слишком маленькие глаза и чересчур большие губы…

— Не в моем вкусе.

К тому же, он друг Генри. Жил с ним в Виндзоре в детстве, как и Гарри.

— Тогда может Томас Сеймур?

Шелти указывает туда, где стоят Томас Сеймур и его сестрица Джейн со своим вечно постным лицом. Никогда не видела, чтобы она смеялась. Зато ее брат всё время хохочет. Его считают главным дамским угодником при дворе, но есть в его образе что-то отталкивающее.

— Нет, к Сеймурам я точно лезть не хочу.

— Ричард Коттон?

— Нет.

Еще один друг Генри.

— Какая ты разборчивая! — восклицает Шелти.

— Как и полагается герцогине, — одобрительно отмечает Маргарет.

— А как тебе вон тот красавчик рядом с Гарри? — спрашивает Шелт. — Правда, я ничего о нем не знаю.

Мы с Маргарет смотрим в угол, где стоят Гарри и неизвестный Шелти красавчик, а потом переглядываемся и одновременно смеемся.

— Нет, Шелт! Это мой дядя, Томас Говард, — говорю я.

— И он уже занят, — добавляет Маргарет.

Мой дедушка, предыдущий герцог Норфолк, был очень плодовит, так что у моего отца столько младших братьев и сестер, что я всех и не помню. А добрую половину из них никогда не видела, особенно тех, кто рожден от второй жены дедушки — Агнес Тилни. Она сейчас осталась вдовствующей герцогиней и живет сама по себе, вдали от двора.

Дядя Томас как раз ее сын. Он старше меня на восемь лет, так что его легкоможно принять за нашего с Гарри брата, а не дядю. И он и правда красивый — кровь Тилни сгладила в нем острые черты Говардов и наградила большими светло-зелеными глазами.