Книга Звезды для моей герцогини, страница 41 – Эль Вайра

Улыбка на мгновение исчезает с его лица, пока он не понимает, что я просто дразню его. Тогда он тихо смеется.

— Не жалею ни о том, ни о другом, герцогиня. Я всегда рад хорошему поцелую,и всегда рад, если удалось вовремя остановиться.

Он подмигивает мне. Молодой. Привлекательный. Прекрасный танцор. И я ничего к нему не чувствую, даже после поцелуя.

Я не могла уснуть. Всю ночь после вечера в покоях королевы мои мысли путались. Запах Уэстона перестал преследовать меня сразу же, как я вернулась к себе в комнаты, но то, что я сделала, вдруг начало казаться мне настолько ужасным, что я едва могла дышать, лежа под покрывалом.

Моя мать сказала бы, что так себя ведут только шлюхи. Обязательно сравнила бы меня с Анной Болейн. И мне вдруг начало казаться, что матушка была бы права на мой счет.

То, что я сделала, не понравится никому, кроме, пожалуй, Шелти. Если Генри узнает, нашему браку конец. А, может, он и без этого хочет его расторгнуть? Попросить у короля женить его на Мадж?

Утром, как только служанка помогла мне одеться, я отравилась к человеку, который точно знает, о чем думает мой муж. Мне нужно поговорить с Гарри.

Брат приветствует меня в своих комнатах ехидной улыбкой.

— Вина? — спрашивает он.

— Еще даже полдень не наступил.

— Как знаешь.

Он внимательно смотрит на меня и ждет, что я скажу. Я плюхаюсь в кресло рядом со столом, на котором разбросаны какие-то бумаги, обрывки его стихов. Гарри садится напротив. Думаю, что про Уэстона ему лучше пока не говорить.

— Тебе Генри рассказал про наш танец?

— О-о-о, — громко смеется Гарри. — Еще как! Спасибо, ты показала мне новые грани его гнева, сестрица! Пару стульев, которыми он швырялся, уже не починить, так что придется тебе возмещать ущерб.

Внутри меня всё падает, а брат шумно отпивает вина и продолжает смеяться.

— Черт, Гарри, тебя так веселит, что мой брак рушится?

Мне хочется чем-нибудь в него кинуть, и я верчу головой в поисках тяжелого предмета.

— Кто тебе сказал, что он рушится?

Я смотрю на него, как на умалишенного.

— Ты же сам говоришь, что Генри злился.

— А разве я сказал, что это плохо?

Я окончательно перестала что-либо понимать.

— Скажи нормально, в чем дело? — раздражаюсь я. — Он хочет аннулировать брак?

— Нет, такого он точно не говорил.

Глаза Гарри буквально искрятся весельем.

— Мэри, послушай, — говорит он и подается вперед. — Когда мы были во Франции, ни одна девица так не выводила его из себя, как ты.

— Отличноеутешение! Спасибо, граф Суррей!

Гарри и Генри провели во Франции год перед нашей свадьбой, и, когда они вернулись, брат прожужжал мне все уши про их похождения. И про то, как Джордж Болейн приезжал, чтобы отравить Генри. В последнее я не верю, а про то, сколько у Генри там было девушек, стараюсь не думать.

Это же было до свадьбы, так? А с Уэстоном я целовалась после. Меня бросает в жар, и мне хочется взвыть от собственной глупости. Я закрываю глаза и откидываю голову на спинку кресла.

Господи, какая же я дура.

— Гарри, — тихо говорю я. — Я повела себя с ним в точности, как это сделала бы мать.

— Ты назвала его ублюдком?

— Нет, конечно!

— Значит до матери тебе далеко, — смеется брат.

Он снова отпивает вина и пристально смотрит на меня.

— Одна особо страстная француженка назвала его английским выродком, когда он отказался забрать ее с собой, — говорит Гарри. — И знаешь, что он сделал?