Книга Меня любил Ромео, страница 17 – Эль Вайра

Я снова выхожу на площадь и обнаруживаю, что пропустила пламенную речь герцога Эскала, правителя Вероны. Он в последний раз упрекает виновных в драке и удаляется, окруженный пышной свитой.

И я сожалею, опять-таки. Хотелось бы послушать этот эпизод.

Торговля возобновляется как ни в чем не бывало. Только пятна крови напоминают о бойне, которая недавно тут произошла.

— Окунь! Свежий окунь! — орет торговец рыбой прямо мне в ухо.

Я вздрагиваю от неожиданности. Отпрыгиваю в сторону и чуть не сношу собой телегу с кружевом.

— Мерлетти для ваших нарядов, госпожа? — улыбается мне девушка за прилавком.

Я возвращаю ей улыбку, но качаю головой. Денег с собой нет, и это обидно. Кружево чудесное — белое, тонкое и нежное, как зимние узоры на стеклах.

Рядом красавец-кожевник показывает прекрасные кожаные изделия. Они настолько же мягкие и податливые, насколько сам он крепок и силен.

Кажется, кожевник и кружевница строят друг другу глазки, и я, пряча улыбку, оставляю их за этим приятным занятием. Их флирт напомнил мне о Меркуцио, но на площади его уже нет. Сколько бы я не всматривалась в лица прохожих — ни одно из них не принадлежит ему.

Но мы всё равно должны встретиться, я это знаю. Хочу этого. Он мне понравился, даже очень понравился!

Сказать, что Меркуцио красив — не сказать ничего. Он более, чем красив. Огненные глаза, светло-русые волосы и мягкие губы, которые так легко касались моей руки… И он не только красив, но еще и достаточно умен, чтобы игнорировать драку. Но и достаточно смел, чтобы броситься в гущу событий и спасти даму с ребенком.

Я должна увидеть его снова, однозначно. Должна поговорить с ним.

К тому же, по крови он не Монтекки, хоть и водится с ними. Может, я смогу убедить его переменить сторону? Главное узнать его получше. Хотя, сейчас мне кажется, что я знала его всегда.

Проходя мимо ворот, где начинается кладбищенская дорожка, я натыкаюсь на родителей Джульетты.

— Доброе утро, Розалина! — бодро приветствуетменя синьор Капулетти.

Он всегда такой веселый и добродушный, загляденье.

— Доброе утро, дядя. И тетя.

Я делаю осторожный реверанс и стараюсь не шататься.

Мать Джульетты окидывает меня настороженным взглядом и давит из себя улыбку.

— Розалина, ты такая смелая. Посещение рынка без сопровождения! Твоя кузина содрогнется при одной только мысли об этом. Джульетта не обладает твоим… вкусом к приключениям.

— Вероятно, однажды это передастся и ей, — отвечаю я, подавляя ухмылку.

Глаза синьоры Капулетти округляются.

— Нет-нет, не говорит так! Нам такого не надо.

Ее муж смеется.

— Розалина, — говорит он. — Ты будешь завтра на нашем пиршестве?

— Конечно, синьор! Я бы ни за что такое не пропустила.

Надеюсь, моя голова быстро пройдет. Не хотелось бы пропускать мой первый настоящий веронский маскарад из-за такой глупости, как сотрясение мозга.

Синьор Капулетти хочет сказать мне что-то еще, но осекается. К нам присоединяется молодой человек, который приковывает всё внимание отца Джульетты к себе.

— Парис, дорогой мой! — он раскрывает мужчине свои объятия и хлопает его по спине. — Как ты, мой славный друг?

Этот Парис высок и элегантен. Я уже слышала про него и видела мельком пару раз. Он завидный жених, ведь он королевских кровей и родственник герцога Эскала, и, судя по всему, каждая дама в этом городе мечтает запрыгнуть к нему в постель.