Книга Измена. Притворись моим драконом, страница 26 – Эль Вайра

Хочется наброситься на него с кулаками, но я заставляю себя сделать вдох и хоть немного успокоиться. Что ж, раз правило поцелуев уже отброшено…

— Получается, теперь у меня в запасе не одно правило, а два, — говорю я. — Вместо запретов на поцелуи я придумаю что-то другое.

Син откидывается в кресле и пожимает плечами.

— Справедливо.

— Хотя я вообще не понимаю, почему ты так зациклился на этих поцелуях. Зачем тебе меня целовать, я же не Мелисса.

Стоит мне произнести это, и Син мгновенно вскакивает на ноги. Я не успеваю опомниться, а он уже рядом — обнимает и тянется губами к моему уху.

Мурашки пробегают по телу, когда я чувствую его дыхание. Горячий шепот заполняет мой разум, лишает мыслей и воли.

— Роми, я не могу уложить тебя в постель и не целовать. Просто не могу. И, если честно, ты тоже не смогла бы удержаться.

Он притягивает меня ближе и прижимается носом к чувствительной коже под ухом. Еще чуть-чуть, и я утрачу рассудок.

— Ты вся дрожала, когда я целовал тебя, — продолжает Син. — Не ври, что не понравилось. А раз тебе понравилось, я буду целовать тебя… везде.

Мое сердце пускается в галоп. Я готова отдаться Сину прямо сейчас, но не могу этого сделать, пока не выпью зелье.

И почему я не сделала этого раньше? Надо было выпить сразу, но… Не знаю, какие причины мне помешали. Нужно исправить оплошность как можно скорее.

Я выпутываюсь из его рук и бросаюсь к чемодану с вещами. Открываю и начинаю вытаскивать одежду, на пол летят платья, чулки, накидки…

Где же склянка, Боги, где же склянка! Руки трясутся, а я не могу вспомнить, где именно спрятала зелье. Этот чемодан или какой-то другой?

— Разве не служанка должна разобрать твои вещи? — спрашивает Син.

Я оборачиваюсь и смотрю на него снизу вверх. Он наблюдает с насмешливым любопытством, забавляясь моим смятением. А еще на нем уже нет дублета, осталась только рубашка…

О нет.

Я прочищаю горло.

— Кхм-кхм… Полагаю, Молли устала с дороги. Не думаю, что она разберет мои вещи в ближайшее время.

— А ты, значит, не устала?

— Нет, вовсе нет.

Син сияет, а я понимаю, что попала прямо в его ловушку. Он уже выдергивает край рубашки из брюк. Раздевается, он раздевается!

— Ну, раз ты не устала, почему бы нам не… — он кивает в сторону кровати.

Очередная волна тепла разливается по телу, а щеки пылают. Должно быть, я сейчас красная, спелая как ягода. И чтобы хоть как-то это скрыть, я опять поворачиваюсь к чемодану, стараясь сделать дыхание ровным.

Нужно просто сосредоточиться на поиске зелья. Немедленно!

А еще нужно как-то заболтать Сина, пока он не стал слишком решительным.

— Но мы… мы же только что приехали, — бормочу я какой-то бред. — И нам нужно собираться к ужину.

Он издает смешок. Подходит ко мне, наклоняется и отодвигает волосы, чтобы проследовать пальцами по шее.

Мое дыхание сбивается. Син приседает рядом и снова припадает к моему уху.

— Раньше мы занимались любовью хоть перед ужином, хоть посреди дня. Ты же всё помнишь, Роми.

Я на закрываю глаза, потому что действительно помню. И хочу раствориться в этих воспоминаниях. Но мне нельзя…

— Я… я придумала второе правило, — отвечаю, задыхаясь.

Чувствую, как Син напрягается.

— И какое же?

— Не называй это занятиями любовью.

Он забирает у меня сорочку, которую я достала из чемодана и сжимала в руке. Тут же бросает ее на пол, потом встает и тянет меня собой.