Книга Вампиры Дома Маронар, страница 124 – Александра Плен

Он серьёзно? Реально думает, что я такая наивная булочка и не поняла, кто подсунул Главе гениальную идею женитьбы на мне? Мол, давайте-ка прикуем её к семейству Маронар не просто кольцом на пальце, а сразу целой системой креплений – моральные цепи, хозяйственно-бытовые наручники, а там, глядишь, и детьми обвяжем.

– Умная… – крякнул дед. – Ну показывай свой син, а я подумаю, достоин ли он всех этих жертв.

Я размотала платок, вытерла им лицо, смахнув с носа приклеенный прыщик, откинула назад волосы и уставилась на бывшего Главу с едва заметной улыбкой.

Он долго меня изучал: щурился, отводил взгляд, снова впивался им в моё лицо – будто сравнивал образ «до» и «после» на стенде у пластического хирурга.

– Значит, ты можешь меня… – он пожевал губами… – омолодить? Опять сделать сорокалетним?

– Берите выше – двадцатилетним, – хмыкнула с превосходством.

– Двадцатилетним не нужно, – открестился дед, – вот сорок-пятьдесят, в самый раз.

– Значит, вы согласны? – я сжала кулачки, как перед финальным броском кости. До сих пор щипала себя мысленно: неужели я придумала этот гениальный син? Да я же ходячий уникум, запатентуйте меня полностью!

– По рукам! – дед энергично кивнул, потом охнул, потирая шею. – Чуть голова не отвалилась.

Мы двинули в мои апартаменты – устраивать мозговой штурм, как обучить дедушку нажимать кнопку «апдейт».

Эх, была бы сейчас при мне моя айфонина последней модели – я бы ему за минуту нарисовала мультик «из сейчас в тогда»: слайдером двигаешь – морщинки уходят, челюсть подтягивается, брови хлоп – и привет, молодой Саргон.

Кстати да.

– В галерее есть портрет дедули в расцвете лет?

– Есть, – кивнул Джет.

Смутная мысль завозилась в голове, как мышь, выглянувшая из-под дивана. Нужно сделать мультик! Самый простой, примитивный, но рабочий. Как он называется… ага! Перекладной. Когда на разных листочках рисуешь кадры,а потом быстро перелистываешь – и выходит иллюзия движения.

Проблема одна: художник из меня – как сомелье из человека, который различает два вида напитков: «вкусно» и «фу». Малевать кое-как я умела, но таланта мне Бог не дал. О! Я знаю, у кого он есть! И этот кто-то даже рядом со мной!

В спальне мы с Джетом сели друг напротив друга. Я объяснила ему принцип. Для наглядности взяла маленький блокнотик, тот самый, куда записывала примеры синов: на последней странице набросала палочного человечка, на каждой следующей его руку поднимала чуть выше, а на первом листе – уже строго вверх.

– А теперь смотри, – сказала я и с нажимом перещёлкала правый край страниц. Человечек ожил и плавно поднял руку вверх.

Джет откинулся на спинку кресла с поражённым вздохом.

– Принцип понятен? – Парень серьёзно кивнул.

– Тогда так, – перешла я к плану. – Сегодня скажешь, что я заболела и на обед не приду. Тайком принесёшь в мою комнату портрет Саргона из молодости – и начнём подготовку. Ты рисуешь, я ассистирую. – На его вопросительный взгляд пояснила: – нам нужно, чтобы все портреты на каждом листе были ровно в одной зоне. Поэтому я на стекле буду копировать основные очертания с одного листа на другой – контуры, посадка головы, уши-нос-брови, вся архитектура лица. А ты дорисуешь лицо по-человечески.

Перевела дыхание и продолжила:

– На первом листе – портрет из галереи, на последнем – дед в текущей комплектации. На всех средних – аккуратно, по миллиметру, омолаживаешь. Там уберёшь морщинку, там подтянешь брыль на скуле, тут добавишь густоты волосам, брови причешешь, носогубку подсгладишь… шаг за шагом. Никаких рывков «минус двадцать лет за один кадр» – нам нужен плавный слайдер.