Книга Красавица, страница 116 – Валерия Аристова

На глаза навернулись слезы. Эти все люди, стоящие перед ней, продолжали спорить, герцог грозился судом и аннулированием брака. А Диана видела перед собой, как Сен-Клер целует другую. Нелли он целовал нежно, как... как никогда не целовал ее, Диану. Любит ли он красавицу Нелли? Ей было больно думать о том, что, возможно, да, возможно именно Нелли удалось растопить то, что у него там вместо сердца. Ревность жгла ее раскаленным железом. От унижения и обиды она готова была разрыдаться.

— Диана, вы хоть понимаете, что происходит! Очнитесь! Вас обвиняют в тяжелом грехе, а вы витаете в облаках, — королева трясла ее за плечо.

Диана очнулась. Она посмотрела на королеву, на кардинала, на своего мужа, обвела глазами их всех.

— Вам есть что сказать в свое оправдание? — спросил кардинал.

Диана кивнула.

— Это случилось не по моей воле, — сказала она.

— Вас изнасиловали? — герцог, казалось, тоже очнулся. Он смотрел на нее, как будто впервые услышал об этом, хотя Диана битый час пыталась объяснить ему, что не виновата.

— Когда? — спросил кардинал.

— Кто? — спросила королева.

И тогда Диана вдруг сжала губы. Глаза ее сощурились в узкие щелочки. Она отомстит ему за все. Посмеет ли Ролан воплотить в жизнь свою угрозу? Он обещал рассказать Мазарини о ее первом браке. Она предоставит ему такую возможность. Диана сильно рисковала, надеясь на благородство предателя. Посмеет ли он разрушить ее жизнь? Что скажет в свое оправдание? Он унизил ее, она унизит его. Они будут квиты. Диана облизала пересохшие вдруг губы. Руки ее задрожали, но она сжала их на груди.

— Кто? — повторил герцог.

Голос ее дрожал, когда она отвечала. Очень правдоподобно.

— Год назад. В Испании.

— Кто это сделал? — повторил герцог, вдруг выходя из себя.

Диана подняла на него глаза.

— Вы знаете человека, который это сделал? — спросила королева.

Диана кивнула.

— Кто он? — заорал герцог, схватил ее за плечи и начал трясти.

Диана с трудом высвободилась из его рук.

— Кто он, Диана?

Она снова облизала губы. И произнесла:

— Ролан де Сен-Клер.

...

Когда за ним пришли, Ролан не спал. Он сидел в кресле около камина. Не было ни слез, ни желания напиться. Он не брал в рот спиртного, боясь, чтосотворит что-нибудь такое, о чем потом будет жалеть. Ему нужна была трезвая голова, чтобы весь день держать себя в руках. Ни в силах ни заснуть, ни пошевелиться, он смотрел в огонь. Де Савуар мог позволить себе быть собой. Просить, умолять, вешать веревку на крюк от люстры. В конце концов он сын герцога Лотаринского, хоть и не старший, но по знатности ничем не уступает Диане. Он может жениться на ней, когда Диана вновь станет свободна. Если Ролан позволит ему. Но Ролан не позволит. Следующим мужем красавицы будет он сам. Осталось пережить эту ночь, а потом научиться вести себя отстраненно и вежливо с юной и прекрасной герцогиней де Вермандуа.

Он сам хотел, чтобы она вышла замуж за герцога. Он добивался этого брака. Он хранил ее от опасностей, чтобы герцог смог жениться на своей невесте, и позаботиться о ней самостоятельно. Он повторял себе, что так лучше всего. Только сердце не хотело следовать за разумом. Де Савуар был отражением его самого. Пусть Анри считает, что он не умеет любить. Пусть Диана ненавидит его. Они никогда не догадаются о том, что происходит в его душе. В сполохах огня он видел лицо Дианы, ее улыбку, ту, которую он мечтал видеть после своих поцелуев. В его мечтах она всегда улыбалась ему, запрокидывала голову, и руки ее зарывались в его волосы. Однажды он в темноте своего дома ощутил ее ласку, и проклинал себя за несдержанность. Ему было бы намного проще, если бы он никогда не касался ее губ. Если бы не почувствовал ее рук на своих плечах, если бы она не отвечала на его поцелуи со всей страстью, готовая позволить ему гораздо больше. Теперь ею владел ее супруг, а он мог только сгорать от ревности и страсти, сидя в кресле у огня и не имея права броситься в предоставленную герцогу и герцогине великолепную спальню, стащить герцога с хрупкого тела своей красавицы, и долго бить его ногами, пока он не отдаст Богу душу.