Книга Психо-Стая, страница 156 – Ленор Роузвуд

— Это ультиматум?

Я расправляю плечи, понимая, что всё еще стою.

— Да, — говорю я, стараясь звучать увереннее, чем чувствую себя на самом деле. — Именно.

На его лице проскальзывает тень улыбки, он переглядывается с остальными.

— Ну что ж, похоже, решено. У нас есть омега. У нас есть отряд. У нас есть союзники. Теперь нам просто нужна армия. — Он делает паузу, переводя взгляд на королеву. — При всем уважении, Ваше Величество… какой вам в этом прок? — спрашивает он, озвучивая мое негласное опасение.

К моему удивлению, королева улыбается.

— Шанс исправить часть того зла, которому моя изоляция позволила расцвести в мире за нашими границами, — говорит она. — И шанс помочь моему сыну залечить раны прошлого. — Её взгляд обводит всех нас. — И, если нам очень повезет, шанс обрести могущественных союзников в борьбе против тех, кто готов причинять вред самым уязвимым среди нас.

Красивая речь. Но я на горьком опыте усвоила, что за красивыми словами часто прячется уродливая правда, и даже сейчас мне трудно принять её слова за чистую монету. По крайней мере, пока я не встречаюсь с ней взглядом.

Она коротко кивает мне. И с этим жестом любые мои страхи о том, что я просто отчаянно хочу верить, будто в этом гребаном мире осталось хоть что-то доброе, мгновенно испаряются.

Я верю ей. Всем сердцем верю.

— Нам нужно время, чтобы всё обсудить, — говорит Тэйн. — Всей стаей.

Королева кивает.

— Разумеется. Берите столько времени, сколькопотребуется. Мы продолжим разговор утром, когда вы все отдохнете и закончите трапезу.

— Вот это дело, — отзывается Виски, потирая ладони, прежде чем снова наброситься на еду. — Если уж мы идем на войну, лучше заправиться как следует.

Чума вздрагивает от его выражений. Но королева лишь сияет.

Разговоры за столом превращаются в далекий гул, пока я прислоняюсь к мощному плечу Призрака. Веки кажутся невероятно тяжелыми; тяжесть всего, через что мы прошли, наконец наваливается на меня. Я знаю, что должна сидеть прямо, должна хотя бы притворяться, что слушаю. Но у меня нет сил даже на то, чтобы беспокоиться о приличиях.

Призрак обнимает меня за плечи; его прикосновение сначала нерешительное. Когда я не отстраняюсь, он притягивает меня ближе, его массивная рука описывает успокаивающие круги на моем плече. Негромкий рокот в его груди вибрирует во мне, словно колыбельная.

Мне хочется сказать ему, как я горжусь тем, что он сидит здесь со мной, хотя этот королевский ужин для него — сущая пытка. Как сильно я его люблю. Как сильно я люблю их всех. Этих прекрасных, сломленных альф, которые принадлежат мне, даже когда мир вокруг нас рушится. Но слова теряются где-то между мозгом и губами, запутываясь в тумане изнеможения, застилающем разум.

Теплая рука ложится мне на бедро. Мне не нужно смотреть, чтобы понять — это Тэйн. Его пальцы вычерчивают ленивые узоры на шелковой ткани платья, и каждое касание посылает по телу крошечные искры жара, несмотря на мою усталость.

Наверное, ни одному из них не стоило бы делать этого здесь. Они даже не пытаются скрываться, как я, когда трогала Призрака под столом. Но я слишком вымотана, чтобы думать о приличиях. Слишком изнурена, чтобы волноваться о том, что подумают другие.

Эти альфы — мои, а я — их. И пусть весь мир это видит.

Глава 28

ЧУМА