Книга Психо-Стая, страница 229 – Ленор Роузвуд

— Всё просто, — мурлычет он. — Если вы провалитесь — а вы, скорее всего, провалитесь — я заберу ваши трупы. Награды за ваши головы с лихвой покроют мои убытки. — Его глаза блестят за стеклами. — А если случится чудо, мы победим и Райнмих падет… Я хочу доступ к арсеналу.

— Ты это несерьезно, — рычит Тэйн, его массивное тело напрягается. — Там хватит мощи, чтобы сравнять с землей целую страну.

— Именно, — отвечает Николай, разводя руками. — Зачем еще мне рисковать своими людьми в такой идиотской миссии? Награда должна соответствовать риску, разве нет?

Я вижу, как остальные обмениваются взглядами. Даже Айви выглядит обеспокоенной, хотя она прекрасно держит маску безразличия. Мы все знаем, что Николай может сделать с такой огневой мощью. Какой хаос он может развязать. Но какой у нас выбор? К тому же, когда убьем дракона, со змеей мы как-нибудь разберемся.

— Нам нужно посовещаться, — плавно говорю я, поднимаясь со стула.

Остальные следуют моему примеру, и мы сбиваемся в кучу в паре шагов от стола. Достаточно близко, чтобы приглядывать за Николаем, и достаточно далеко, чтобы он не слышал наш шепот.

— Мы не можем дать ему такую власть, — шипит Тэйн. — Он безумец.

— У нас нет выбора, — шепотом отвечает Чума. — Без его сил у нас нет шансов. А если мы провалимся…

Он замолкает, но мы все прекрасно понимаем, что он имеет в виду. Если мы провалимся, мы будем слишком мертвы, чтобы беспокоиться о том, что Николай сделает с наградой за наши головы. Опасливый рык Призрака подтверждает, что он думает о том же.

— К тому же, — продолжает Чума, — даже Николай не настолько самоубийца, чтобы переть против Сурхиира.

— Ты, блять, надейся, — бормочет Виски.

— Тик-так, друзья мои, — подает голос Николай угрожающим тоном.

— Чума прав, — тихо говорит Айви. — Мы должны это сделать. Если он отбьется от рук, мы его просто убьем.

Призрак рычит в знак согласия. Может, виной тому трехдневное воздержание, которое я только что вытерпел, но мой член болезненно дергается в ответ на её слова. Наша яростная маленькая омега никогда не бывает так прекрасна, как в моменты, когда планирует убийство и хаос. Может, если я правильно разыграю карты, она со временем снизойдет до того,чтобы обрушить немного этого хаоса и на меня.

Мы возвращаемся к столу, и Чума делает шаг вперед.

— Мы принимаем твои условия, — говорит он с той клинической отстраненностью, которая всегда делает его голос более опасным, чем когда он пытается таковым казаться.

Волчья ухмылка Николая возвращается мгновенно. Он тянется к бутылке с прозрачной жидкостью и щедро наливает в две стопки.

— Чудесно. Выпьем за это?

Чума лишь каменно смотрит на него. Николай пожимает плечами.

— Нет? Тогда мне больше достанется.

Он опрокидывает стопку одним плавным движением и с такой силой хлопает ею по столу, что дешевое дерево содрогается.

— Есть еще кое-что, что мне любопытно, — добавляет он, переводя взгляд за красными линзами на Призрака. Я чувствую, как Айви рядом со мной тут же напрягается. — Как вам удалось его выдрессировать?

Тихий рык рокочет в груди Призрака, вибрация уходит в пол. Прежде чем кто-то успевает среагировать, глаза Айви опасно вспыхивают.

— Назови его «оно» еще хоть раз, — говорит она тем обманчиво мягким голосом, который обычно предшествует насилию, — и я покажу тебе, насколько хорошо я«выдрессирована».