Книга Печенье и когти, страница 67 – Флер ДеВилейни

— Оставь меня в покое, — моя челюсть скрипит, пока я тяну топор.

— И пропустить твои страдания? Пожалуйста. Ты практически воешь, — он плюхается на бревно, строя целующиеся рожицы.

— Она не моя пара, — рычу я. — Она ведьма.

— Красивая ведьма. Та, что явно любит большого ворчливого медведя. Жаль, что она не в моем вкусе, —его ухмылка становится шире, раздражая меня.

— Проваливай, Нейтан, — я тяну сильнее, топор наконец высвобождается с резким треском.

— О, я уйду. Но, может, я сначала съезжу в город… — он достает что-то из кармана куртки и вертит на пальце.

Шапку Хэйзел.

У меня подкашиваются ноги.

— Должно быть, она забыла ее, — протягивает Нейтан. — Я мог бы быть джентльменом и вернуть ее за тебя.

Что-то щелкает у меня в груди.

— Отдай, — вырывается у меня сквозь зубы, и я делаю шаг вперед. Мой медведь напирает изнутри, когти зудят, готовые вырвать шапку из его рук, если он не подчинится.

Нейтан лишь ухмыляется еще шире.

— Что? Я думал, тебе все равно. Она же не твоя пара, помнишь?

Жар обжигает меня, как лесной пожар, который я не могу сдержать. Кулаки сжимаются, челюсти сомкнуты так плотно, что вот-вот треснут зубы. Мне даже не нужно заглядывать внутрь себя, чтобы узнать правду. Лицо Хэйзел, ее смех, то, как ее маленькие ладони так идеально ложились в мои, — все это проносится во мне с ослепительной уверенностью.

— Она моя, — я рычу, и слова вырываются откуда-то глубже, чем мысль. — Она всегда была моей.

Впервые у Нейтана не находится язвительного ответа. Он изучает меня долгим взглядом, прежде чем бросить шапку в мою сторону. Я ловлю ее, сжимая в кулаке, словно это спасательный круг. Ее запах, оставшийся на шерсти, поднимается вверх, почти пригибая меня к земле.

— Тогда, может, — наконец говорит Нейтан, вставая и отряхивая снег с джинсов, — тебе стоит перестать хандрить в лесу и сделать что-нибудь с этим.

Я уставился на шапку в своих руках, пульс бешено стучит.

Хэйзел оставила ее. Может, случайно. Может, намеренно. Так или иначе, это тот повод, которого я ждал.

Хватит метаться по дому. Хватит вопросов «а что если». Никаких тупых сообщений.

Я достаю ключи от грузовика из заднего кармана, решимость прожигает меня, как огонь в жилах.

Я еду в город.

Я еду к ней.

ГЛАВА 21

Хэйзел

— Хлеб, молоко, арахисовое масло, фрукты, мясо… — бормочу я себе под нос, вычеркивая каждый пункт в списке тупым карандашом. Кренделек выглядывает из кармана моего пальто, его крошечный нос подрагивает, словно он тоже оценивает мой выбор. Тележка уже переполнена — еды с избытком на две недели, даже на три, если растянуть. Но нерешительность гложет меня.

Я тот, кто заедает стресс. Всегда такой была. А сейчас мое состояние — абсолютный беспорядок.

Я останавливаюсь перед рядом морозильных витрин, уставившись на подсвеченные ряды готовых блюд — тех, что кидаешь в духовку и надеешься на лучшее. Утешительно, конечно. Но не то же самое, что готовить с нуля. Не то же самое, что сытный завтрак, который мама Бенджамина приготовила, словно это было пустяком. Не то же самое, что…

Булочки с корицей.

Вот чего мне на самом деле хочется. Теплые, залитые липкой глазурью. Булочка с корицей и…

Поцелуи Бенджамина.

Моя грудь ноет при этой мысли. Пальцы сжимают ручку тележки, и, не успев опомниться, я уже в сотый раз за день достаю телефон. Все еще нет уведомлений. Ни сообщений. Ни пропущенных звонков.