Книга Поворот: «Низины» начинаются со смерти, страница 239 – Ким Харрисон

Алгалиарепт хихикнул и обернулся к Кэлу и оборотням.

— Чёрный тебе к лицу, дорогая. Очень к лицу. Отдай мне червя рядом с собой — и ты станешь наполовину моей, с душой в придачу. Считай, что я даю плоду дозреть на лозе. А пока… мне нужно платить за жильё.

— Доктор Камбри, — прошептал профессор Толь в ужасе.

Лицо Триск потеплело, хотя она и отогнала мысль, что он может счесть её способной на такое. Совершить подобное зло — уже само по себе было силой.

— Ну так… у нас есть сделка? — Алгалиарептбросил на Пискари косой взгляд, убедившись, что вампир не двигается, затем повернулся к ней; его красные глаза с козьими зрачками горели жадно.

Орхидея была рядом с Пискари, шепча ему на ухо.

— Тик-так.

Алгалиарепт коснулся кружева у горла.

— Солнце не ждёт ни вампира, ни демона.

— Только попробуй, — сказал Ульбрин, обливаясь потом.

— Почему нет? — огрызнулась Триск, и Алгалиарепт улыбнулся. — Ты пытался задушить меня до смерти, чтобы никто не смог помешать тебе свалить вину за чуму, начатую Кэлом, на Даниэля. Чем отдать тебя демону хуже, чем вам двоим уничтожить четверть населения мира?

Ульбрин резко отвёл взгляд от Кэла.

— Это всего лишь люди! — сказал он искренне недоумевая.

— Какого чёрта?! — возмутился Даниэль; на его бледном лице проступили красные пятна злости.

Алгалиарепт подмигнул возмущённой Триск и развернулся, когда треск крыльев пикси предупредил его об атаке. Пискари и Ринн Кормель ударили одновременно — их ярость была дикой, но направленной.

— Сейчас, Толь! — крикнул Пискари, и профессор шагнул из своего круга, сжимая в руке шар зеленоватой силы.

— Abrie!— выкрикнул маг высшего порядка, и Алгалиарепт взревел, швырнув Кормеля в сторону. Но заклинание уже сорвалось — и ударило демона прямо в грудь. Алгалиарепт отшатнулся, расхохотавшись, мотая головой так, что волосы разлетелись, пока он впитывал то, что, вероятно, убило бы любого другого.

— Ты, маленькая ведьма, подаёшь надежды. Я куплю библиотеку с твоей продажи, — сказал Алгалиарепт, одновременно занося тяжёлый кулак над Ринном Кормелем, который уже был на ногах и рванулся через бар.

Живой вампир увидел удар заранее и рухнул на пол — кулак пронёсся над ним, не задев, как Орхидея с потолка взвизгнула боевой клич. Кормель вскочил, но Алгалиарепт уже исчез, перепрыгнув через бар к профессору Толю.

— Назад! — Толь оттолкнул Даниэля за себя, убирая его с линии удара. — Rhombus!— выкрикнул ведьмак, и Алгалиарепт взревел от ярости, когда круг Толя вспыхнул вновь — на этот раз с демоном внутри.

— Нет! — заорал Алгалиарепт, когда красный туман прошёлся по полу, выискивая трещину, любой выход. Круг был начертан в спешке, но рукой мастера — и, когда Алгалиарепт сдался, сгустившись в угрюмого, яростного демона, Толь обмяк, опершись о бар; его рука дрожала.

— Спаси меня от дураков, — пробормотал ведьмак, встретившись взглядом с Триск.

Алгалиарепт не бился о барьер — но она никогда не видела его таким злым.

— Тебе не стоило пытаться меня убить… Са’ан, — горько сказала она и толкнула Ульбрина в его круг.

Барьер опал, и Ульбрин отступил от неё, тяжёлые мысли ходили по его нахмуренному лицу.

Триск поморщилась. Комната воняла жженым янтарем, пыльца пикси делала свет мутные. Даниэль выбрался из-за бара, пятясь, пока не нашёл выход. Белый как мел, он схватил Триск за руку и потянул дальше от Алгалиарепта, который кипел в безмолвной ярости.