Онлайн книга «Рождественский Грифон»
|
Как она могла подумать, что способна отболтаться? Она знала, как уустроена ее семья. Она знала, кем являютсяБелгрейвы. Для них нет ничего важнее семьи… и теперь они все знают правду о ней, знают, что она не заслуживает права называться семьей. Она не крылатый лев. Она даже не оборотень. Как она могла быть Белгрейвом? — Мама… — ее голос был скрипучим. Тоненьким. Ее мать молча стояла дальше по столу. Она смотрела прямо на Дельфину. Смотрела так, как не смотрела с тех пор… с тех пор… С того дня, когда умер отец Дельфины. Ее бабушка усмехнулась. — Я всегда говорила, что Доминик должен был… — Анджела, — сказал дед тоном, который звучал как снисходительный упрек, но Дельфина-то знала, что это не так. Он хотел, чтобы она продолжала. Ему просто нужна была видимость, что он не на все сто готов позволить жене растерзать их невестку. Ее бабушка перевела взгляд обратно на нее. — Ты бедная, лживая девчонка. — Ее взгляд был приторно-сладким и полным жалости, а ее львица смотрела наружу, злобно торжествуя. — Ты лгала нам. Всем нам. После смерти Доминика мы взяли тебя к себе. Относились как к своей, как к настоящей Белгрейв, а все это время ты была хуже кукушки в нашем гнезде! И ты! Она повернулась к матери Дельфины. — Ты теперь счастлива? Сначала ты забрала у нас сына, а теперь уничтожила всю белгрейвскую кровную линию! Века истории, к черту! — Она не знала! — выкрикнула Дельфина. Все повернулись к ней лицом. Даже Хардвик. Дельфина могла бы разрыдаться. Конечно, ее мать не знала. Как могла? Дельфина сделала все это, чтобы защитить ее. И теперь она будет ненавидеть ее за это. Вокруг стола лица ее родственников искажались отвращением. Дядя Мартин и Тетя Гризельда отодвинулись от нее. Младшие кузены, Ливия и Брут, выглядели почти такими же возбужденными, как бабушка. Ее братья… она не могла даже смотреть на них. Ее сознание болезненно пульсировало. Пебблс смотрела на нее так, будто та разбила ей сердце. — Это вина Тети Сары, — объявила Пебблс, ее голос дрожал. Она выставила подбородок и сердито уставилась вниз по столу на мать Дельфины, которая все еще ничего не сказала. — Ты должна была что-то сказать… если бы мы знали… По спине Дельфины пробежали мурашки. Она могла вынести их нападки на себя. Но не на маму. — Она ничего об этом не знала! — ее кулаки сжались, пока она волевым усилием заставляла Пебблс смотреть на нее. — И что бы ты сделала иначе, если бы знала, что я оказалась не оборотнем? С лица Пебблс полыхнула ярость. — Я бы… я бы… — Что? Не вышла бы за Паскаля? Пебблс отшатнулась. Рядом с ней глаза Паскаля нервно перебегали от одного Белгрейва к другому. — Я бы, по крайней мере, не привезла его сюда! — Пенелопа! Прошло так много времени с тех пор, как кто-либо использовал настоящее имя Пебблс, что даже ей потребовалось мгновение, чтобы понять, что бабушка обращается к ней. Анджела была в ярости. — С Домиником было достаточно плохо, но он всегда был мечтателем. Я думала, ты-то из всех поймешь важность жертв ради семьи! — Извините? Паскаль — моя пара! — Не будь такой наивной, девочка, — прохрипел Аластаир. — Ты думаешь, судьба благословляла нашу семью все эти годы потому, что мы позволяли ей контролировать наши жизни? — Но вы всегда говорили, что судьба добра к нам. — Глаза Пебблс расширились. |