Книга Пара для Рождественского Дракона, страница 63 – Зои Чант

У нее было сколько угодно шансов передумать. Установка цепей на колеса ее развалюхи превратилась в ту еще задачу; в любой момент она могла всё бросить. Но не бросила. Потная и перепачканная смазкой, она выехала из гаража с узлом в животе.

Она собиралась найти Джаспера.

Улицы были забиты. Это давало еще больше шансов отступить. Каждый мучительный дюйм пути был новой возможностью решить, что всё это ошибка, что этот порыв — не более чем прыжок в пустоту без парашюта. Она забарабанила пальцами по рулю. Ей не нужныбыли эти шансы передумать.

Потому что ты боишься, что можешь ими воспользоваться.

Именно поэтому она решила поехать лично, а не звонить. Телефонный звонок можно пропустить; лицом к лицу спрятаться невозможно.

Наконец в потоке машин образовался просвет. Она подалась вперед, тяжело вздохнув с облегчением. Теперь пути назад нет. Она застряла здесь, пока этот великий транспортный зверь не выплюнет ее на горную дорогу в нескольких кварталах отсюда. И тогда она найдет Джаспера. Он говорил ей, где остановился: один из частных коттеджей выше по закрытой дороге. Она никогда не заходила так далеко в горы, но теперь у нее был повод проигнорировать знаки «Вход воспрещен». И когда она доберется туда…

Сочельник. Сердце Эбигейл подпрыгнуло к горлу. Джаспер обожал Рождество. А она собиралась прийти туда с пустыми руками и умолять его принять ее обратно? О чем она думала?

Ее взгляд зацепился за магазин впереди. Обычно она в такие места не заходила, но сегодня… сегодня это могло быть именно то, что нужно. Под аккомпанемент автомобильных гудков Эбигейл втиснулась на парковочное место и вбежала внутрь.

Через полчаса она уже была на горной дороге. Городские пробки истощили ее терпение, но здесь, на просторе, с ее плеч словно свалился груз. На дороге было лишь несколько машин, которые вскоре скрылись впереди. Казалось, она одна в этих горах: только она, ее ворчливая старая машина и сверток, прожигающий дыру в кармане куртки.

Дороги расчистили после последнегоснегопада, но она всё равно была рада цепям, заезжая всё глубже в горы. Ее машина едва тянула на полном приводе, и — только сейчас она об этом подумала — она ведь никому не сказала, что едет сюда…

Она проверила телефон. Одна палочка связи.

Прекрати. Ты не отступаешь, помнишь?

Она напомнила себе об этом снова, когда остановилась перед воротами, ведущими на частную дорогу Хартвеллов. Они были закрыты, но не заперты, как она выяснила, когда вышла проверить. Она проехала и остановилась, чтобы закрыть ворота за собой. По коже пробежал мороз.

Ты не делаешь ничего плохого. Ты навещаешь… друга. И ворота же не были заперты.

Она огляделась, обхватив себя руками. День был серым и унылым. Тяжелые тучи душили горные пики. Будь небо ясным, она, возможно, увидела бы дом Хартвеллов, но вместо этого казалось, что она стоит под куполом тумана. Она вздрогнула.

Надеюсь, у Джаспера горит камин, — подумала она и тут же тряхнула головой. Если он вообще захочет тебя видеть.

— Ну, стоя здесь, я этого не узнаю, — произнесла она вслух и повернулась, чтобы идти обратно к машине.

Ее остановил звук.

Эбигейл замерла, навострив уши. Что это было?Это не было скрипом обледеневших деревьев или грохотом снега, падающего с уступа. Это прозвучало почти как голос животного. Как стон.