Онлайн книга «Ибо однажды придёт к тебе шуршик…»
|
«Ни одна жизнь не должна пропасть понапрасну!» – наставлял лейтенанта перед битвой с не́чистью король Владислав, и офицер был намерен выполнить приказ, чего бы это не стоило! Ляля между тем, благополучно покинув лагерь и топая в ночи по следам отряда их высочества, вскоре вынуждена была остановиться, когда внезапно повалил снег и поднялся жутчайший ветер, что довольно скоро закопал малышку в снег по пояс. Сбиваемая с ног обрушившейся стихией, отважная девчушка крепилась, продолжая топать вперёд, но всё крепче увязала в снегу, как в топкой трясине, пока, совершенно выбившись из сил, не прижалась щекой к коре векового дуба и не обняла его, как родного. Продержавшись на упрямстве с часок, она вынуждена была признать: предел её силёнкам всё-таки существует! – Так не честно! – бормотала она, стукаясь красной шапочкой о холодный ствол огромного дерева. – Спасать мир в такую непогоду?! Кому такое только в голову могло прийти?! – и сама же себе отвечала: – Кому-кому – тебе, дубина стоеросовая! Тебе же всегда больше всех надо! – и тут же приободряласамою себя: – Да, надо! Как можно в такое время отсиживаться, надеясь, что кто-то придёт, кто-то что-то сделает, кто-то кого-то победит, накажет. Никак нельзя! И почему мне только одиннадцать? Почему я девчонка? Почему? Почему? Почему?! Настукавшись головушкой вдоволь, Ляля решила, что в мире за одну ночь вряд ли что-то изменится существенно! Переждать же непогоду и желательно без риска для жизни – точно не помешало бы! Поглядев вверх, она довольно хекнула: – Хех! Ствол старого раскидистого дуба расстраивался, образуя уютное гнёздышко, и вот в сердцевине этого разветвистого чуда природы кроха и решила заночевать. Пустив в ход ножи и очень извиняясь перед древним исполином, маленькая разбойница вскарабкалась по стволу. На всякий случай привязав себя к веткам, она постаралась устроиться так, чтобы ветер не сильно задувал в лицо, засовывая снег за шиворот. Завывания вьюги и покачивание уютной колыбели, вскоре убаюкали беглянку, и ею завладели сны, то солнечные, полные любви и восторгов, то тревожные, от которых сжималось сердце, а губы то и дело шептали: «Мама, мамочка…». НЕХОРОШИЙ СОН ЛЯЛИ ПАЛНЫ Ляля торопилась домой. Её красная шапочка мелькала меж деревьев, словно попловок, дрожаший на перекатывающихся волнах: то появится, то пропадёт. В руке девочки покачивалась корзинка, из которой доносился аппетитный запах домашних пирогов. Ах, как они будили в ней аппетит, даже остывшие, восторг вызывали неописуемый! Бабушка пекла их так же, как и другие старушки, в печечке, всё чин по чину, но при этом, заправленный начинкой из вишен или яблок, пирожок где-нибудь да давал трещину и лопался, а вытекающий сок, вперемешку с подтаявшим сахаром, обволакивал вкуснятину сладкой корочкой. Именно эта корочка, смешиваясь с глотками свежего молока, больше всего восхищала маленькую разбойницу. И вот она торопилась домой, с гостинцами и письмом, в котором умудрённая жизнью родственница делилась новостями прошедшей недели. Но стоило крохе выскочить из леса, как яркое Солнце ослепило её. Когда же глаза попривыкли, она разглядела на крылечке маму, которая улыбалась ей и приветливо махала ручкой, а в следующую секунду… Спящая тяжело задышала, сжимаясь в комочек, под неумолимо накрывающим её слоем снега, а бровки сдвинулись, обозначив тревожную складку… |