Онлайн книга «Семь безликих святых»
|
Впереди ничего не было видно. Однако Дамиан продолжал всматриваться, прожигая взглядомтьму. Проверяя каждый скрытый в тени участок. Он перестал быть юношей и превратился в сосуд для ярости. Подняв стоявшую перед Хаосом банку, он швырнул ее о каменный пол. Банка разлетелась на осколки, жидкость вытекла, и плотные шарики, оставляя влажные следы, рассыпались по земле. «Глаза», – безучастно и отстраненно подумал Дамиан. Каким-то образом он ощутил недовольство Энцо, словно оно было осязаемым. Дамиан сделал глубокий прерывистый вдох, собираясь призвать Энцо встретиться лицом к лицу. Сразиться с ним. Однако сквозь пелену гнева и волнения его внимание за что-то зацепилось. Оно располагалось ровно посередине между ним и противоположной стеной Святилища. Дамиан по-прежнему ничего не видел и все же поднял пистолет, руки обрели внезапную уверенность, какой раньше не было. – Вентури? – донесся до него рык Энцо, призрачный и взволнованный. – Как… Но на этот раз Дамиан не стал медлить. Он вставил пулю в гнездо барабана и выпустил ее в темноту. 40. Дамиан Все вокруг было залито тусклым оранжевым светом, мраморный пол окрашен красным.Лица каменных святых в капюшонах взирали сверху с суровым осуждением. Они наблюдали за тем, как Энцо, обретя видимость, рухнул на землю. Мир перевернулся с ног на голову, затем вернулся на место, как только изменилось нечто очень важное. Хотя Дамиан едва это заметил. Он глядел на себя. На окровавленные ботинки. Окровавленную рубашку. В его руке был пистолет, рукоять нагрелась так, будто он сжимал ее не один час. Комната превратилась в размытое пятно. В голове царил туман. Он был способен, лишь удивленно моргая, смотреть на тело перед собой, распростертое на полу. Пустой взгляд Энцо был устремлен в расписной потолок; лицо, покрытое кровавым месивом, застыло в гримасе бесконечной ярости. Изящная мантия, сшитая неким искусным последователем, потемнела от крови. Она пропитала ткань, которая кое-где уже начала покрываться коркой. Одна его рука беспомощно тянулась в сторону – пальцы царапали землю – словно в последние мгновения жизни он пытался до чего-то достать. Пуля вошла прямо в голову. Дамиан убилЭнцо. Застрелил его, как солдат казнит дезертира. Он не понимал, каким образом: откуда знал, куда нужно целиться, как ему удалось сделать такой выстрел. Ему все казалось бессмысленным. Но это уже не имело значения, поскольку он вновь стал убийцей. Паника захлестнула его, голова вдруг наполнилась смертью, криками умирающих, выражением ужаса на лице Микеле, скорчившегося в грязи. Откуда-то свыше Дамиан знал, что его отца казнили точно таким же способом. Пуля в лоб – быстро и эффективно. Перед глазами все поплыло, внезапно ему стало трудно глотать. Баттисты больше не было в живых, как и его матери, как и Микеле, как и Роз, как и… и… Дамиан опустился на колени. Руки бессильно повисли, и пистолет со стуком упал на землю. Я скучала по тебе так сильно, что мне становилось тошно. Становилось тошно. Тошно. Дамиану никогда не было так тошно. Он и раньше испытывал горе, но такого – никогда. Ему казалось, будто его тело отключается. Как бы он этого хотел. Ему больше не за что бороться. Кто-то позвал Дамиана по имени, но звук доносился откуда-то издалека. Или же это сам Дамиан находился далеко. Очень далеко, куда нельзя дотянуться, нельзя прикоснуться, нельзя услышать ничего, кроме собственныхмыслей, бьющихся о стенки черепа снова, снова и снова… |