Книга Семь безликих святых, страница 166 – М. К. Лобб

«Но почему?»– произнес он одними губами, зная, что она не услышит. Затем откашлялся, стараясь избавиться от сдавленности в горле, и проговорил:

– Мой отец…

– Он действительно мертв, – прошептала Роз. – Мне жаль, Дамиан.

Он покачал головой. Ей не было жаль, и это нормально. У нее имелись на то причины. Особенно после всего, что сделал Баттиста.

– Это правда, – настаивала Роз, будто услышала его молчаливое несогласие. – Я так долго ненавидела его. Мечтала о мести. Она придавала мне сил, заставляла идти вперед, а теперь… – Роз умолкла, ее плечи поникли. – Увидев его мертвым, я поняла: лучше мне не стало. Я все так же… сломлена.

Дамиану было прекрасно знакомо это чувство.

– Видимо, пора уже принять, что это состояние останется со мной навсегда, – продолжила Роз по-прежнему тихим тоном, но уже не шепотом. – И… – Она судорожно втянула воздух, Дамиан вдруг понял, что она плачет. В ответ он сжал ее руку, когда по ее телу пробежала мелкая дрожь, позвоночник сгорбился будто сам по себе. – Я убегала от горя, ища возмездия. И настолько увлеклась этими поисками, что даже не осознала до конца смерть своего отца. Так, как это следовало сделать, чтобы жить дальше. Наверное, мне просто… – Голос Рознадломился, и она с трудом сглотнула. – Мне просто суждено быть грустной, понимаешь?

– Понимаю, – пробормотал Дамиан. Он чертовски хорошо ее понимал. Грусть жила в каждом уголке его сердца. Какие бы чувства он ни испытывал, как бы грусть ни усиливалась и ни стихала в зависимости от настроения, она все равно никуда не девалась.

Как только Роз прильнула к нему всем телом, он выпрямился. Обнял ее так, как всего несколько мгновений назад она обнимала его.

Долгое время они стояли неподвижно.

Роз глядела в потолок, наблюдая за тем, как рассветные лучи скользят по комнате Палаццо.

Она не спала. Несколько часов просто смотрела на Дамиана: на то, как поднимается и опускается его грудь, пока сам он, вероятнее всего, борется с кошмарами.

Прошлой ночью только появление Кирана, Сиены и Насим заставило их покинуть Святилище. Избавившись от влияния Энцо, Киран и Сиена сначала наткнулись на тело Баттисты, а потом обнаружили Насим, которая пыталась вернуться в Палаццо. Затем они все вместе спустились в Святилище, где и сложилась вся картина произошедшего.

Как убедилась Роз, человек, находящийся под контролем последователя Хаоса, не забывает о случившемся. Он просто переосмысливает его, как только приходит в себя. Поэтому Киран и Сиена уже знали, что именно произошло с Энцо. Они убедили Дамиана подняться на ноги и заверили его, что он поступил правильно, убив последователя. Насим со слезами на глазах заключила Роз в объятия, и та даже не стала сопротивляться.

Она поняла: переживать горе – нормально. Делиться им – тоже. Не это ли изначально пыталась донести до нее Пьера?

Ты не исцеляешься – лишь становишься сильнее. Находишь способ заново отстроить себя, несмотря на отсутствие существенных деталей.

Как только они с Дамианом вернулись в его покои и остались одни, Роз сняла с него пропитанную кровью одежду и приготовила ванну. Он долго отмокал в воде, которая постепенно приобретала цвет ржавчины, и держал Роз за руку, пока та сидела, прислонившись спиной к ванне. Она знала, что он не просто переживал потерю отца, но и страдал от того, как поступил с Энцо. Для Дамиана это было не просто убийство, а напоминание о войне. Воспоминание о последнем юноше, застреленном у него на глазах, и теперь его собственный палец спустил курок.