Книга Семь безликих святых, страница 163 – М. К. Лобб

А затем он услышал, как Роз резко втянула воздух.

– Роз? – выкрикнул он в темноту.

Вспыхнул единственный огонек. Он был подобен крошечной дырочке на низкокачественном полотне. Дамиан заморгал, чтобы глаза привыкли, и принялся яростно осматривать помещение в поисках подтверждения, что он здесь не один. Неужели Энцо обманул их? Отвлек Дамиана и убежал, прихватив Роз?

Воздух прорезал звук, похожий на затрудненное дыхание. Этот звук потряс Дамиана до глубины души и превратил в камень, как только он посмотрел вниз.

Роз лежала, скорчившись на полу, темная жидкость тонкой струйкой вытекала из уголка рта. Одна ее рука была вытянута в сторону. Глаза вращались в глазницах в попытке разглядеть чернильно-черную колотую рану, резко выделявшуюся на коже внутренней стороны ее локтя.

У Дамиана пересохло во рту. От напряжения секунды натянулись до предела, готовые вот-вот лопнуть.

Если раньше окружающий его мир замедлялся, то теперь происходило что-то невообразимое.

Его мир вовсе перестал существовать. Осталось только ощущение: если бы слово «НЕТ»было эмоцией, то именно им Дамиан мог бы его описать. Мука. Боль настолько сильная, что даже не чувствовалась.

Роз умирала.

Роз умирала, а Дамиана переполняла неприкрытая ярость. Или же это кошмарная агония поднималась по горлу и душила его. Он не испытывал ничего подобного с тех пор, как Микеле умер у него на глазах. Его приводила в неистовство эмоция, которой он не мог дать названия. Ему казалось, будто он вновь очутился на передовой и готов обрушить всю свою боль и злость на любой объект, который придет в движение. Стук сердца жестоким барабанным боем отдавался в ушах. Дамиан сорвал с себя мундир и накинул его на Роз, как будто тот мог как-то ослабить действие яда в венах. «Найди последователя Милосердия», – твердил голос в глубине его сознания, но Дамиан понимал: это бесполезно.

Она уже перестала дышать.

Последователь ничего не сможет для нее сделать. Дамиан знал, и это знание, точно нож, глубоко вонзалось в его грудь. Боль была похожа на… на…

Он и сам не понимал, на что. Ее нельзя было описать. Ему хотелось рухнуть и умереть самому, лишь бы все закончилось. Хотелось кричать, но не было ни сил, ни достаточно воздуха. Лицо Роз оставалось совершенно неподвижным, темные ресницы полумесяцем отбрасывали тени на щеки, однако связь с ней прервалась. Дамиан чувствовал, что Розбольше нет.

Шли секунды, которые тянулись словно часы.

Дамиан не двигался с места. Он был Луной, которую ничто больше не удерживало на орбите. Земля взорвалась, и он, точно обломок скалы, бесцельно дрейфовал в космосе.

Он был уничтожен.

Впервые Дамиан отверг свое стремление к Силе. Ему не нужен этот святой. Только не сейчас. Достаточно и своей силы.

Вместо этого он распахнул сердце тьме, которую носил в себе долгие месяцы.

Он неизменно принимал ее за присутствие Смерти, но теперь знал: это нечто иное. Оно наполняло его, как яд, разъедая все вокруг, пока не осталось одно лишь мертвенное спокойствие. Оно было ласковым и в то же время голодным, Дамиан почувствовал, как внутри него что-то шевельнулось.

Он оторвал взгляд от Роз – своей любви, своей слабости – и поднялся на ноги.

– Энцо!– взревел он, два слога разразились бурей под куполом Святилища. Зал выкрикнул имя в ответ, и его злость усилилась тысячекратно.