Книга Новая надежда, страница 56 – Александра Плен

Мне стало безумно стыдно. Хорошо, что в темноте не видно моих пылающих щек. Макс еще улыбался, и я закрыла ему рот самым действенным способом — поцелуем.

Вечером я пришла с работы и застала в гостиной компанию ребят: Дмитрия (Настин кавалер), Сашу (встречался с Катей), Вадима Красницкого и еще нескольких знакомых парней. О чем они говорили, я не поняла, потому что Макс, заметив меня, тут же встал:

— Встретимся через день, — сказал он, пожав руку Дмитрию, — я подготовлю списки.

Я молча проводила гостей взглядом.

— Пойдем ужинать, — Северинов подошел ко мне и поцеловал. — Потом расскажу.

Я кивнула.

Вечером, после занятий с Лизой и Матвеем, мы остались вдвоем в спальне.

— Мне нужны будут люди, — начал Макс, садясь на кровать рядом со мной. — Один в поле не воин. Я расконсервирую свою сокровищницу, и что дальше? Мне нужна команда. Я могу предложить им жилье, электричество, защиту. Мы будем вместе работать, строить будущее, растить детей. Я выбрал только семейные пары.

Я не знала, что думать.

— Ты хочешь основать свое княжество? — поинтересовалась удивленно.

Макс хмыкнул:

— Как бы мне ни хотелось стать князем, думаю, возвращаться к монархии нет смысла. Гораздо выгоднее и спокойнее жить в демократическом обществе. — Он замолчал. — С Мальцевой трудно договариваться. Она хочет воссоздать прежнюю форму правления, забрать сокровищницы и распределить их по своему усмотрению.

— И стать президентом?

— Скорее всего.

Я задумчиво покусала губы. Я не имела ничего против Мальцевой. Уже не имела. Руководя бункером, она показала себя грамотным управленцем. Быстро и точно принимала решения, не боялась брать на себя ответственность в критических ситуациях. Но в то же время, в глубине души, меня терзали сомнения. Как бы ни была хороша Мальцева, я не могла избавиться от ощущения, что ее методы иногда были слишком жесткими. Одно ее «вам уже некому звонить» чего стоило.

— Рабочие, крестьяне, менеджеры, олигархи… — перечислила я, загибая пальцы. — Олигархи, насколько я понимаю, это спонсоры?

— Раньше были, — ответил Макс, — сейчас не скажу. Павел со своим студенческим комитетом все усложнил. В его руках пятьдесят пять сокровищниц, и он не хочет делиться, хотя толком не понимает, что с ними делать… Сейчас собрания проходят очень напряженно, редко какое обходится без криков.

— Дурдом, — заключила я.

Макс говорил о Павле насмешливо и презрительно. Осталась злость из-закарцера, избиений и угроз? Я никогда не спрашивала, о чем они говорили там, внизу. Зная характер и того и другого, понимала, что разговоры были напряженными. Да, Павел — не руководитель. Три недели его «правления» это хорошо показали. С другой стороны, его революция дала плоды. Отношение к студентам поменялось. Мы заимели вес.

— Я договорился с теми семьями, которые не открыли Павлу свои сокровищницы, выдержали пытки. Они согласны объединиться, если все пойдет не так, как надо. Красницкий меня поддержал. — Макс провел рукой по волосам. — Хотел бы я основать свой поселок, но придется сотрудничать. Мальцева пообещала дать семена, зародыши, технику. Но для этого нужно будет самостоятельно создать турбину для очистки воздуха. Энергоресурсов достаточно. Ветряков и солнечных батарей должно хватить на две-три.

— В любом случае, пока мы не выйдем наружу, что-то планировать смысла нет.