Книга Новая надежда, страница 57 – Александра Плен

— Ты не права, — улыбнулся Макс, — планировать необходимо. Чем больше вероятностных ответвлений, тем лучше алгоритм, сама знаешь. Нужно быть готовыми к любым неожиданностям.

Бункер вышел на поверхность в начале лета. Как только алмазные буры достигли цели, двигатели выключились, и нас всех поздравили с окончанием второго этапа. Третий, как нетрудно догадаться, — расселение и восстановление биосферы.

Нам всем ужасно хотелось увидеть небо, но Мальцева попросила набраться терпения:

— Первое время наверх будут выходить обученные специалисты, плюс нужно испытать респираторы в полевых условиях, — объявила она.

Никто не мог сосредоточиться на работе, всем хотелось узнать, что там, снаружи.

Первая группа вернулась с образцами почвы и воздуха, а также сняла небольшое видео. Его загрузили в общую сеть.

Тяжелые темно-серые тучи закрывали солнце. Под неприветливым небом простиралась болотистая равнина. Ближе к горизонту серо-коричневые оттенки смешивались, сливаясь с небом в одно целое. Ничего живого, лишь одинокие скелеты деревьев без крон и листьев, украшали безжизненный пейзаж. Их искривленные изломанные стволы торчали из земли, как древние останки былой жизни. Жутко и страшно.

Глубокой темноты не было. Солнце, хоть и тускло, но светило. Честно говоря, я боялась долгой ядерной зимы. А так… жить можно.

Есть генетически модифицированные семена, которые прорастают дажев сумерках. Катя хвасталась, что после спатифиллума ее команда занималась именно этим.

Северинов сообщил, что группа запустила около сотни квадрокоптеров, которые разлетелись в разные стороны, исследуя местность и передавая данные.

— А вдруг они обнаружат людей? — спросила я с надеждой.

— Это была бы отличная новость, — Макс крепко обнял меня. Он знал, как я горюю по родителям и брату, как хочу, чтобы хоть кто-то выжил наверху. Это стало бы для меня настоящим чудом, проблеском надежды.

Через неделю на поверхность вывели роботов, которые начали строить огромный ангар, соединенный с бункером герметичным тоннелем. И все желающие, наконец, смогли выйти наружу и увидеть новый мир.

— Что ж, — сказала я, крепко держа Макса за руку, — думала, будет хуже.

Действительность не радовала, но, по крайней мере, действующих вулканов рядом не было, солнце, хоть и тускло, но светило, почва была на месте.

— Завтра начнут высаживать спатифиллум, — сказала Катя, стоящая рядом с нами. Унылый вид природы, точнее, ее полное отсутствие, сильно ее расстроило. — Несколько планеров уже загружены. Семена постараются быстро распространить. А дальше включится твоя программа, заложенная в ДНК.

— Вы их испытывали?

— Да, — кивнула она, — в камере вызрели все образцы.

— Значит, через месяц здесь все зазеленеет, — бодро сказала я.

Роботы продолжали строительство. На поверхность вывели несколько вездеходов, и небольшой отряд отправился в сторону Москвы. Мальцева, да и мы все, хотели узнать, что случилось со столицей. Остались ли дома, техника, припасы, и главное — есть ли выжившие.

Восточный бункер еще не вышел на поверхность, ему оставалось пройти чуть больше ста метров. Даже если бы и выбрался, огромное расстояние свело бы на нет любой порыв сходить в гости. Другие убежища периодически связывались с нами. Например, немецкий «Де Шайн» уже начал строить турбины для очистки воздуха, а французская «Испоа» высадила несколько видов папоротников, которые прижились. Американцы, пережившие падение кометы на космических станциях, начали спускаться на Землю. Их континент сильно пострадал, но для пары тысяч человек место найдется.