Книга Баллада о призраках и надежде, страница 102 – К. М. Моронова

Его улыбка была скользкой, как яд на моей коже. Я должна знать, что кто-нибудь такой красивый и жестокий, как он, имеет зубы, чтобы кусать — яд, чтобы убивать.

Но больше всего меня привлекала в нем его способность заставить меня ненавидеть себя так сильно, как я привыкла. Будто мне нужен был кто-то, кто бы напоминал мне, если я заблужусь, что надо мыслить рационально. Он многому научился, наблюдая за отношениями между мной и моими родителями.

Роль, которую я играла в семье. Козел отпущения никуда не денется. Казалось, это знали все, кроме меня.

— Ты знаешь, что да, — ответила я, совсем не имея этого в виду, но все равно сказала это.

Он был хорош, когда чего-то хотел. А завтра его лицо менялось.

Мы спокойно сидели за столом моей мачехи, пока она готовила ужин. Мой отец нахмурился, когда я рассказала ему о недавнем танцевальном концерте, на который я попала.

— Ты будешь голодать, гоняясь за этими глупыми мечтами, — холодно сказал он.

Я научилась просто кивать и соглашаться с тем, что они говорили. Но сегодня я хотела, чтобы они знали, что у меня все хорошо. О жизни, которую я создала для себя.

— На самом деле я зарабатываю неплохие деньги. Я смогу заплатить за уроки и у меня останется немалая сумма на путешествия. А еще я начну терапию, — робко сказала я.

Это был мой первый сеанс, и я была испугана. Я знала, что они думают об этом, но я слышала от многих других, что это помогает. Боже, я хотела помощи. Требовала ее. Часть меня желала их одобрения. Я знала, что это глупо, но все равно хотела этого.

Я нервно ковырялась в коже, ожидая, что кто-то скажет.

Моя мачеха ударила обоими кулаками по столешнице. Холод пронзил мое тело пулей. На лбу мгновенно выступил пот. Посуда упала на пол и разбилась. Глаза моего парня расширились, а отец глубоко вдохнул.

— Зачем? Чтобы тебя усадили? Увидели, какая ты ненормальная и ужасная! Мерзкая сука. Ты знаешь, как ты нам испортила жизнь? Сколько мы бедствовали? — кричала она на меня, швыряя кувшин с чаем в раковину. Стекло разлетелось повсюду. Но я даже не могла думать. Моя кровь шумела громче, чем я когда-либо слышала, ревела в моих ушах, как сирена. Говоря мне, что нужно убегать и искать спасения с этого места. — Из-за тебя я когда-нибудь умру от рака. Из-за всего этого стресса, который ты причинила мне. Скажи им это. Расскажи им все, что ты мне сделала, — кричала моя мачеха, швыряя в меня чашку с водой.

Вода ударила мне в затылок, а я все еще оцепеневшая. Я знала, что должна пошевелиться, но не могла. Просто сидела и сжимала кожу так сильно, что она рвалась. Это никогда не кончится. Так я и думала. Тише, не показывай им, что ты плачешь. Просто иди. Ты знаешь как. Это никогда не кончится. Проблема в тебе.

Я и есть проблема.

Я медленно встала из-за стола. Теперь все кричали на меня, но их голоса и слова были глубоким грохотом. На меня словно опустился занавес, защищавший от ужаса. Каким-то образом этот взрыв был моей виной. Я уверенно подошла к входной двери и босыми ногами прошла по газону.

— Эй, ты куда? — Мой парень позвал меня. Его шаги громко отдавались на тротуаре.

Я остановилась посреди пустой улицы, к подошвам моих ног прилипал гравий, и оглянулась на него. Я хотела, чтобы он сказал что-нибудь приятное. Я отчаянно в этом нуждалась. Неужели они не видели боли, которую причиняли? Отчаяние, что переполняло их?