Книга Рабыня Дома Цветущей Сакуры, страница 32 – Милада Гиенко

— С вами все хорошо, господин? — я обеспокоенно заглядываю мужчине в лицо. Мне кажется, что он побледнел. Но Кейтаро упрямо мотает головой:

— Все в порядке. Смотри вперед.

Он отвечает резко, и у меня сразу пропадает желание продолжать расспросы. Его движения вновь наполнены силой, и я действительно отворачиваюсь, устремляя взгляд в указанном направлении.

Но о последнем мне сразу же приходится пожалеть. Нашим взорам открывается картина подготовки к жертвоприношению. Жители селения суетятся. Одни носят какие-то мешки, другие заняты плетением венков из травы и цветов, третьи просто бестолково бегают вокруг. Некоторые стоят и смотрят на девушку, которую держат связанной. Последняя просто молча плачет. По ее щекам текут большие слезинки, но она не просит о помиловании или помощи. Все выглядят решительными и собранными, готовыми воплотить в жизнь свой замысел.

Испуганно сглотнув, я замедляю шаг и поворачиваюсь к Кейтаро. Он хмурит брови и сжимает губы в тонкую линию. На меня он больше не обращает внимания, приближаясь к жителям селения.

В небе над нашими головами раздается крик феникса. Я резко поднимаю голову, наблюдая за парящим в воздухе существом. Но кроме меня его, кажется, никто не видит.

Наконец, жители замечают появление Кейтаро. Сначала к нам поворачиваются лишь несколько голов, но вот в глазах людей возникает сначала осознание, а потом страх. Пара окликов заставляет повернуться и замолчать всех, а затем люди кланяются.

— Что у вас тут происходит? — интересуется Кейтаро, подходя ближе. Он прекрасно видит, что именно затеяли селяне, но все равно ожидает ответа.

— Мы собираемся задобрить Они, — подняв голову, отвечает староста села. Его темные глаза лишь на мгновение пересекаются с моими, а потом он вновь смотрит на Кейтаро: — В лесу завелись злыдни. Мы должны как-то с ними справиться.

— С чего вы взяли? — в голосе Кейтаро рыба не протухала бы неделю, таким он кажется ледяным. Жители селения испуганно переглядываются. Даже мне становится не посебе. Но я все же опасливо оглядываюсь на лес, который начинается за последними домами.

— Скот, господин, — уже не так уверенно произносит староста. — У всех начал болеть и умирать скот. Это случилось одновременно. А еще деревья засыхают. Такими темпами у нас не будет никакого урожая. И мы обречем себя на голод.

Кейтаро задумчиво смотрит куда-то поверх голов людей. А меня все больше пробирает дрожь. Кажется, что из леса за мной следят десятки глаз, и от этого по спине проходит холод.

— Вы понимаете, — мрачно интересуется Кейтаро. — Что, если вы ошиблись, и это совсем не дело рук Они, то таким ритуалом вы можете призвать еще более злых и страшных духов? Готовы подвергнуть такому риску все село?

Староста сжимается под взглядом господина, кусает губу и оглядывается назад в поисках поддержки. Но жители отводят глаза, напуганные словами господина Дома Цветущей Сакуры.

— Мы уже пробовали все, — блеет он совсем уж неуверенно. — Коновал говорит, что между смертями скота нет связи. Это не болезнь, а происки Они. И если духи продолжат вредить, то начнут умирать и люди. Несколько детей уже заболели!

К последней фразе староста вновь наполняется энергией, будто ему удается убедить самого себя. Да и я готова поверить его словам, вопреки тому, что мне все еще ужасно страшно смотреть на жертвенную девушку и представлять ее участь.