Книга Испытание, страница 259 – Трейси Вульф

Это не может случиться опять, просто не может, и все. Я хочу обратиться в камень – тогда он не сможет меня укусить, – но я забыла, что нахожусь в тюрьме, построеннойКузнецом Вендером Бракой. Так что, как и в Этериуме, моя горгулья отсутствует. Все мы утратили нашу магическую силу – правда, это не относится к моей нити полубожества, на которую, судя по всему, не действует то, что нейтрализует все остальное волшебство. У меня даже нет времени подумать о том, не из-за этого ли в Этериуме я не была подвержена кошмарам, потому что клыки короля вампиров однозначно подействуют на меня и могут вонзиться в мое горло в любой момент.

Все наши перестают отбиваться, осознав, что они побеждены – снова.

– Бросьте их в камеру к остальным, – ощерившись, рычит Сайрус, разжав руку и уронив меня, как будто я для него всего лишь пылинка. Впрочем, так оно и есть.

Я приземляюсь на пол и едва не падаю на колени.

– Загоните их в камеру, – опять рычит Сайрус. – Не понимаю, как они вообще могли оказать вам сопротивление. Но больше такого не произойдет.

Мы больше не сопротивляемся, но тюремщики все равно грубо хватают нас и вталкивают в камеру. Я ломаю голову, пытаясь придумать, как нам выбраться из этой передряги. За нами с лязгом захлопывается дверь.

– Что, Грейс, это мы уже проходили, да? – спрашивает Реми и, прислонясь к стене, сползает по ней вниз, пока не садится на пол. Очевидно, что камера не дает ему создать портал.

– Это точно, – отвечаю я, думая о том времени, которое мы вместе провели в камере Этериума. – Если я никогда… – Я запинаюсь, потому что Сайрус резко приказывает Далиле: – Не спускай с них глаз, пока я буду совещаться с моими гвардейцами. И ради бога не завали и это дело. – Затем поворачивается к Изадоре и говорит: – Поднимись в мой кабинет. До того, как я поговорю с ними, тебе придется мне кое-что объяснить.

Я отворачиваюсь, но успеваю заметить, как напрягается красивое лицо Далилы. Не знаю, потому ли, что Сайрус продемонстрировал, что он помыкает ею, или потому, что он оставил ее здесь, внизу, в темнице, позвав к себе в кабинет только своих гвардейцев и Изадору – свою незаконную дочь от любовницы, с которой он сошелся, состоя в браке с Далилой.

Готова поспорить, что дело тут как в том, так и в другом, потому что и то, другое нелегко было бы проглотить любому и уж тем более королеве вампиров. И поэтому, как только Сайрус уходит, я решаю рискнуть. И спрашиваю Далилу:

– Неужелитебе нравится, когда твой муж вот так вытирает о тебя ноги на глазах у других? Я спрашиваю только потому, что твой муж выглядит как последний мудак, а ты сама как конченая размазня.

После чего начинаю ждать взрыва.

Ждать мне приходится недолго.

– Ты с ума сошла? – кричит Джексон, когда Далила поворачивается ко мне, ощерив клыки. – Она же выпотрошит тебя.

– Это резонный вопрос, – роняет Колдер, разглядывая свои ногти, покрытые лаком с глиттером, в поисках сколов, полученных в драке. – У размазней паскудная жизнь, ведь все норовят вытереть о них ноги. Кто хочет, чтобы об него вытирали ноги?

Хадсон пытается заслонить меня собой, что показывает мне, насколько, по его мнению, взбешена Далила, ведь обычно прежде, чем вмешаться, он ждет, проверяя, нужна ли мне его подмога, но я этого не допущу. Это отчаянный план, но другого у меня сейчас нет, и я сделаю все, чтобы его осуществить. Я рискнула всем, отдав Сайрусу Божественный камень, чтобы мы смогли сделать наш следующий ход. Я сделала это не затем, чтобы проиграть из-за какой-то лазейки в магическом уговоре.