Книга Проклятье Мира, страница 113 – Ника Черника

Мир снова закуривает, отворачиваясь, я опускаю голову, вздыхая. Вот откуда эта ненависть. Отец бросил двух детей почти на произвол судьбы, зато третьего холил и лелеял. Мир ненавидит Кеина за то, что тому досталась любовь, которой не было у него.

— Но он ведь не виноват, Мир, — говорю мягко. — Он не заслуживает такого отношения. Тем более теперь, когда его мать умерла. Ты должен понимать, что он испытывает.

— Не надо учить меня жизни, Ада, — Мир поворачивается, и взгляд его, холодный, жесткий, скользит по мне, словно лезвие ножа, оставляя отметины. — Говори, что хотела, не будем затягивать.

Слова пропадают. Просто резко в голове пустота, я нервно тереблю край кофты руками, пытаясь собраться с мыслями.

— Мы должны расстаться, — выталкиваю из себя слова и быстро, пока Мир не успел ничего сказать в ответ, продолжаю: — Я понимаю, что нам не разорвать связь, но я не могу остаться с тобой после того, что узнала.

— И что будешь делать? Вернешься в приемную семью? Думаешь, в том городе тебе будут рады?

— О чем ты? — хмурюсь я.

— Ты сбежала из армии, Ада, а перед этим привела на хвосте оборотней и послала магов на смерть. Доказать, что это было не специально, еще надо постараться. Тем более что ты так и не сообщила о том, что жива. К тому же ты говорила о гримуаре. Полагаю, он попал к тебе в руки не просто так. В тот день, когда мы встретились, ты была в Академии и сильно волновалась. Если ты украла у них гримуар, тебе не поздоровится. На тот случай, если ты все еще веришь, что маги добрые и прекрасные ребята, то нет. Они умеют добывать правду и заставлять других делать то, что нужно им. Поверь, тебе не понравится.

— Не стоит переживать за меня, я со всем разберусь.

— Так же, как разобралась с истинностью? — хмыкает Мир, складывая на груди руки. — Ничего не сделала, только подставила парня.

Я смотрю на него исподлобья, Мир словно изменился за то время, что я ходила к Кеину. Он напоминает мне того Мира, с которым я встретилась в овраге. Только, пожалуй, стало больше жестокости. Что, интересно, он ощущал, когда я была у Кеина? Когда тот целовал меня, гладил мое тело? Неужели Мир всерьез мог чувствовать что-то в тот момент? Ему было больно? Что ж, мне тоже больно. Один-один.

— Тебя это уже не касается.

— Хорошо, — он так легко соглашается, что я теряюсь, в груди появляется неприятная тяжесть. — В таком случае давай поговорим о другом. У тебя действительно есть гримуар великой ведьмы?

Я криво усмехаюсь, но усмешка получается так себе. Губы кривятся, скорее, от нервов.

— Хочешь его получить?

— На самом деле имею право, — холодно замечает он. — Ты ведь заключила с Гремвольфом сделку.

Я опускаю взгляд, но спрашиваю:

— И где будешь искать великую ведьму?

— Тебя это уже не касается, — возвращает он мне мои же слова. Я сжимаю губы.

— Гримуар закрыт заклинанием. Только я вижу текст, написанный в нем.

Мир щурится, не сводя взгляда. Я чувствую, что сейчас мы ходим по тонкой грани: если он решит выпытать у меня всю правду, боюсь, как и маги, имеет к этому все возможности. Но я не поддамся. У меня теперь есть магия, я ничего не скажу ему.

— Тогда перепиши заклинания.

Мы сцепляемся взглядами, Мир вздергивает брови, словно спрашивая: “ну что ты еще придумаешь”?

— Хорошо, — киваю я. — Я перепишу. Завтра утром все будет у тебя, только принеси чистую записную книжку.