Онлайн книга «Анастасия»
|
– Да, но… – я пожал плечами. – Я просто старался быть объективным. – Борис, а у вас есть с собой какие-нибудь ваши рукописи? – Да, у меня есть две, изданные в Америке книги. Правда, я ещё издавался, но не привез сюда все. – Они на русском? – Я, граф, не умею писать на другом языке, кроме родного. Гурьев кивнул, тонкие пальцы опустились к карману. – Чёрт, я все забываю о том, что не ношу с собою трубку, а так захотелось затянуться. И сигареты я дома оставил. В эти мгновения мне показалось, что его глазанемного увлажнились. Он делано кашлянул, а после обернулся ко мне. – А вам говорили, что внешне вы очень похожи на Феликса Юсупова? – Говорили и ни раз, – отмахнулся я. – Вы случайно не их родственник? – Нет, конечно. – Но у вас, видимо, тоже есть какие-то татарские корни? – У кого из русских их нет? – Да, всё так… Вы знаете, Борис, я хотел бы писать ваш портрет. – Стоит ли? – смущенно отозвался я. – Стоит, у вас очень интересное лицо. И, знаете, в России есть один актёр. Его фамилия Кторов. Я как-то видел комедию с его участием. Так вот, вы и на него сильно похожи. Тот же типаж. – Не видел, – я покачал головой. – А вы обязательно посмотрите. Он тоже похож на Юсупова. Ну, да бог с ними… А если серьезно, то мне бы хотелось что-то почитать из ваших сочинений. Это возможно? – Конечно, я пробуду в Париже еще пару недель, и обязательно привезу вам свою книгу. – Подпишите мне её? – Непременно, – улыбнулся я. Все трое замолчали. Казалось, что каждый при этом думал о чём-то своем. – Борис, если вы не против, я хотел бы сделать небольшой набросок вашего будущего портрета. Этот вишневый абажур сейчас дает такой замечательный свет на ваш профиль, что с вас можно писать самого Мефистофеля. Он потянулся к переносному мольберту и достал оттуда кожаную папку с этюдами. Граф вытянул белый лист. Но внезапно папка выскользнула из его рук, и по полу ресторана разлетелось несколько набросков, сделанных черным карандашом, и пара легких акварелей. Но главным было не это. Наши с Алексом взгляды приковал к себе странный рисунок. Это был тонкий и прекрасный профиль юной женщины. Но самым прекрасным в этом облике были её роскошные волосы. Они были ярко рыжие, полыхнувшие медным заревом. На небольшом рисунке их было целое облако. Они летели вокруг прекрасного девичьего лица. Этот портрет мне чем-то напомнил одну из иллюстраций Бакста. Он тоже был исполнен в восточной, почти сказочной, парящей манере. Я наклонился и поднял с пола этот удивительно рисунок. – Георгий Павлович, что это за работа? – невольно вырвалось у меня. Я посмотрел на Гурьева. Он казался смущенным, лицо его чуточку побледнело. – Это? Это просто моё баловство, – поспешно отвечал он. – А кто эта незнакомка? – не унимался я. Алекс тоже с восхищением рассматривал рисунок. – Да, граф, рисунок просто замечательный. Граф попыталсябыстро спрятать его в толстой папке. – Он не окончен. Да, собственно, я и не собирался его заканчивать, ибо это всё тщетно. Мы с Алексом переглянулись. – Граф, ну что за мистификации? – с доброй насмешкой спросил Алекс. – Вы нас с Борисом порядком заинтриговали. Мы же теперь спать не сможем, пока не узнаем вашу тайну. Кто эта рыжая девушка? Это реальное лицо или мифическое? Гурьев откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Прошла пара минут. А после он взглянул на нас каким-то отрешенным взглядом серых глаз. Он вновь сделал несколько глотков Шабли и, наконец, произнес: |