Книга Поддайся искушению, страница 73 – Виктория Блэк, Елена Сокол, Влада Мишина, и др.

Я не успела опомниться, когда он грубо сорвал ее, обнажив мою израненную руку. Боль пронзила меня, но я старалась не показывать этого.

– Вот и доказательство, – торжествующе объявил он, словно выиграл сражение.

– Ну и что ты сделаешь? – спросила я, с тревогой предчувствуя неладное. В его глазах плясали черти, обещая нечто ужасное и сладостное одновременно.

Он приблизился вплотную, его горячее дыхание опалило мое ухо, вызывая мурашки по коже, а тело настойчиво прижалось к моему. Я чувствовала его силу, власть, это пугало и будоражило меня до глубины души.

– Раздевайся, пташка, – приказал он властным тоном, от которого по венам разлился кипяток.

– Ты больной? Ни за что! – выплюнула я, пытаясь сохранить остатки достоинства.

– Я сказал: раздевайся, Лора. – Его низкий бас прошелся раскатом грома по комнате, парализуя мою волю.

Я словно марионетка, дергаемая за ниточки невидимой рукой, подчинилась и сбросила с себя одежду, оставшись лишь в нижнем белье из тонкого белого кружева. Кто знает, что еще взбредет в голову этому безумцу, этому искусителю.

Стоя перед ним полуобнаженной, я ощущала жгучий стыд, смешанный со странным, навязчивым желанием и трепетом внизу живота. Я ненавидела его и за внезапность и за его приказы, и за то, что он пробудил во мне эту темную неизведанную сторону.

– Мой вопрос: ты псих?

– Ха, нет, Лора, я в полном порядке, – засмеялся он, и этот смех резал слух как осколки стекла. – В отличие от тебя. Скажи мне, чем вы занимаетесь с преподавателем на уроках музыки?

Неужели он видел все, что творит этот извращенец? Неужели Кай следил за мной, прячась в тени, словно ангел-хранитель, обернувшийся демоном?

– Просто поем, я играю на пианино, – небрежно бросила я, надеясь отвести от себя подозрения, хоть и знала, что он не поверит.

– Опять лжешь, Лора. – Поцокал он языком, как строгий учитель, и схватил меня за больную руку, с силой швыряя на кровать. Боль охватила мое тело, но сильнее болела душа.

Мне было страшно, но тело предавало меня. Внизу живота разгорался пожар, и я жаждала продолжения, жаждала этого наказания, словно я мазохистка, ищущая наслаждение в боли.

Он забрался между моих коленей, шумно дыша, резко закинул мои ноги себе на плечи и сорвал с меня трусики, словно последнюю завесу стыда, затем оценивающе осмотрел меня взглядом покупателя на аукционе. Потом коснулся набухших от возбуждения сосков и от этого прикосновения я вздрогнула, будто от удара тока. Кай провел рукой по изгибам моего тела, изучая каждый сантиметр, словно картограф, исследующий новую землю, и я едва сдержала стон, готовый вырваться наружу криком отчаяния. Кай облизал два пальца, дразня, и резко проник ими внутрь, разрывая на части мою сущность.

– Он тоже так с тобой делает?

На моих глазах выступили слезы. Как он может быть таким жестоким, таким циничным? Я хотела сбежать, спрятаться, исчезнуть, но тело не слушалось меня, словно прикованное к кровати невидимыми цепями.

Кай вынул пальцы и медленно, демонстративно облизал их, наслаждаясь моей слабостью.

– Твой вопрос, пташка, – победоносно произнес он, пока я лежала, разбитая и униженная, и пыталась отдышаться.

– Что ты делал у нас дома? – спросила я, все еще не в силах подняться.

– Наши отцы теперь партнеры по бизнесу, хотя мне плевать на это с высокой колокольни, – равнодушно ответил он, словно речь шла о чем-то совершенно неважном.