Книга Самый тёмный грех, страница 118 – Ноа Хоуп

В салоне самолёта царили тишина и прохлада. Мягкие кожаные кресла словно манили расслабиться, забыть о кошмаре последних часов. Я опустилась в одно из них, закрыв на секунду глаза, позволяя себе на мгновение расслабиться. Напряжение, тугим узлом сковывавшее мышцы с самого начала злополучного вечера, медленно отпускало.

Честер сел напротив, его взгляд скользнул по мне, ненавязчиво изучая, оценивая. Мне стало неловко, и я отвернуласьк иллюминатору, наблюдая, как огни аэродрома превращаются в размытые полосы, сливаясь в сплошной огненный поток по мере того, как самолёт стремительно набирал высоту. Лос-Анджелес с каждой секундой уменьшался в размерах, оставаясь позади. Вместе с ним, казалось, должна была остаться и вся эта кошмарная история. Но не тут-то было.

Воспоминания обрушивались хаотичными вспышками: взгляды гостей на вечеринке, искажённое яростью лицо Лукаса, брызги крови на рубашке Давида, злобный лай доберманов, оглушительные выстрелы… Эта хаотичная карусель образов никак не хотела останавливаться. Я закрыла глаза, сильно сжав веки, пытаясь отогнать их, стереть из памяти, но безуспешно.

– Шампанского? – раздался голос Честера, прерывая мои мрачные размышления.

Я вздрогнула и открыла глаза. Он склонился надо мной, держа в руках два бокала на тонких, изящных ножках. Игристый напиток переливался в них, словно жидкое золото, отражая свет салонных ламп.

– Не откажусь. Спасибо.

– За побег? – с лёгкой иронией спросил он, поднимая свой бокал. Уголки его губ изогнулись в дружелюбной улыбке. – Или за приятную компанию?

– И за то и за другое, – кивнула я в ответ, чувствуя, как тепло разливается по груди. Я сделала небольшой глоток. Прохладное шампанское приятно обожгло горло, немного успокоив разбушевавшиеся нервы. – Хотя, если честно, до конца ещё не верится, что всё позади.

Честер откинулся на спинку кресла, лениво повернув бокал в руке, наблюдая за игрой света на золотистой поверхности. Казалось, он наслаждается моментом, этим ощущением покоя.

– Не волнуйтесь, Дана. Вы в безопасности. Хантер сможет защитить вас от Висконти. Хотя… – он помедлил, делая глоток шампанского и пристально глядя на меня, – должен признать, это будет непросто. Лукас и его братья… довольно опасные люди. Не стоит их недооценивать.

Он сделал паузу, словно взвешивая каждое слово, и в его тёмных глазах мелькнуло что-то, отчего у меня по спине пробежали мурашки.

– Но вы же не собираетесь к нему возвращаться?

Вопрос повис в воздухе, заставив меня задуматься. Рациональная часть моего мозга кричала: «Нет, конечно! Бежать без оглядки!», но глупое сердце предательски сжималось от одной мысли о том, что я больше никогда не увижу Лукаса. Что его прикосновения, его голос, его взгляд… останутся лишь призрачными воспоминаниями.

– Не то, чтобы это было ваше дело, мистер…? – я выдержала паузу, приподняв брови и вопросительно глядя на него, ожидая, что мужчина, наконец, назовёт свою фамилию.

– Точно, где же мои манеры?! – он усмехнулся, в его глазах плясали озорные искорки. – Честер Эшкрофт, к вашим услугам.

Где-то я уже слышала эту фамилию. Она зацепилась за край сознания, словно заноза, не давая покоя.

Конечно! Лорд Майкл Эшкрофт!

Миллиардер, влиятельный политик, щедрый спонсор Консервативной партии, чьё лицо постоянно мелькало в новостях и на страницах финансовых журналов. А Честер – его сын. Тридцатилетний владелец инвестиционного фонда, финансирующего многообещающие стартапы, связанные с наблюдением, искусственным интеллектом и цифровой разведкой. «Олицетворение новой элиты Великобритании», как его окрестили СМИ. А ещё он попал в список Tatler: «10 самых влиятельных мужчин Лондона до 40». Всплыло даже воспоминание о скандальной помолвке с какой-то аристократкой, которую он внезапно разорвал.