Книга Пригнись, я танцую, страница 69 – Саммер Холланд

– Да.

Второй рукой Том пытается вытереть с подбородка слюну. Он ищет в себе силы посмотреть Кэтрин в лицо, но получается с огромным трудом.

– Не хотел тебя будить, – говорит он хрипло. – Прости.

– Ты не можешь это контролировать. – Та отвечает на его взгляд своим, спокойным и заботливым. – Пожалуйста, не стесняйся меня.

– Не хочу, чтобы ты меня таким видела. Это… не слишком мужественно.

– Том, прекрати. – Кэтрин достает из коробки баночку с таблетками и ставит на раковину: – Вот, противорвотное.

– Спасибо, – слабо улыбается он, перебарывая стыд.

– Принесу воды.

– Подожди. – Еще одно усилие над собой. – А у тебя нет чего-то против… поноса?

– Есть. – Она с готовностью роется в коробке и достает вторую баночку. – Ты полотенце нашел?

– Да.

Кэтрин на минуту исчезает, давая ему хотя бы умыться. Когда возвращается, в руках у нее стакан с водой. Она спокойно и будто бы не смутившись его отвратительного вида протягивает стакан, а после – высыпает в протянутую ладонь по одной таблетке из каждой баночки.

– Сейчас отпустит, – обещает она, – они быстро действуют.

Закинув в себя лекарство, Том уныло мотает головой в сторону душа.

– Мне нужно искупаться. Снова.

– Хорошо. – Кэтрин приподнимается на цыпочки и целует его в щеку. – Во сколько ты принял таблетку?

– В семь. – Ее правда ничего не смущает? Из него только что Сатана вылез!

– Отлично, – улыбается она. – Тогда я пока займусь завтраком.

Когда дверь за ней закрывается, Том устало опирается спиной о стену и медленно выдыхает: с одной стороны, произошедшее ужасно. С другой – она смогла помочь ему с таблетками. Теперь хотя бы есть вариант, что его не будет полоскать весь день.

После душа он выползает в гостиную, обернув бедра полотенцем. Кэтрин, колдующая на кухне, оборачивается на звук и тепло улыбается, а внутри больно колет чувство вины: он испортил им прекрасное утро.

– Я тут тебе кое-что приготовила. – Она оставляет нож, наскоро вытирает руки о полотенце и снимает со спинки стула мягкий белый халат с вышитой монограммой.

– Вот это роскошь. – Том отводит руки назад и дает ей одеть себя.

– Он особенный, – предупреждает Кэтрин. – Я была на конференции в Бостоне и украла его из отеля.

– Ты сделала… Что?

– Украла, – беспечно отвечает она и возвращается на кухню. – Чувствуешь, какой он мягкий?

– Кэтрин Ким, – с восхищением произносит Том и садится на стул напротив, – а ты та еще штучка.

– Тебе легче?

– Лучше. – Уши снова вспыхивают. – Спасибо тебе.

– Том, – Кэтрин резко поворачивается к нему, – в этом нет ничего зазорного, пойми. Я видела и похуже.

– Но не меня же.

– Твоя мужественность никак не страдает от того, что терапия дает побочные эффекты, если ты об этом переживаешь, – строго произносит она. – Они у всех есть, понимаешь?

– Ладно, ладно, – сдается Том. – Не буду стесняться блевать при тебе.

– Ты такие слова иногда выбираешь, – смеется она и прикрывает рот рукой с ножом.

– А что не так? Тебя они смущают?

– Нет, – Кэтрин качает головой и высыпает порезанные овощи в мультиварку. – Просто бывает смешно.

– Если тебя это развеселит, я могу совсем перейти на язык манчестерской улицы, – с радостью предлагает Том. – Пять лет отучался, правда. Но навыков не растерял.

Кэтрин только смеется в ответ. Она оставляет его одного на пару минут.

Ему с ней повезло. Да, рак, да, без селезенки его шансы куда хуже, но она – словно знак от Господа, что с неба падают не только паршивые штуки. Есть и такие подарки судьбы, как Кэтрин. Девушка, которую не смущает его чертово состояние. Она готова принять его тогда, когда хочется сдохнуть от стыда, и делает это с легкостью.