Книга Бандит. Цена любви, страница 95 – Дарья Словник

— Ты спросила про отца, что с ним стало.

Едва киваю.

— Да, я помню. Не думай, что я, такой негодник, забыл, — Кир сдержанноулыбается. Голос его тихий, вкрадчивый. Он нежно убирает пряди волос с моих щек. Потом достает из-под стула скотч, резким движением отрывает кусок и довольно грубо заклеивает мне рот. Я вздрагиваю, не в силах, что либо сделать. Он снова замирает напротив меня, вглядывается мне в глаза.

— Что с ним стало… Эх, лапушка моя, Софи, Софья, Сонечка… Убили его. Равнодушно, расчетливо, подло. И знаешь, при такой-то его работе… Кажется, смерть — вовсе не удивительное явление. Гангстер, бандит, рекетир… Чему удивляться? — он говорит быстро, глядя прямо мне в глаза. Его взгляд лихорадочный, блестящий. — Но убила его вовсе не его работа, представляешь? Это сделала моя мать. Мать моя. Родная. Та, что якобы любила его. А он ее. Я был маленький. Она думала, что я ничего не видел. Или не запомнил. Или не понял. Но она догадывалась… Наверно, на подсознательном каком-то уровне… — он едва не сорвался на шепот. — Его убила она. Расчетливая сука. Которой мой отец доверился. Он ее защищал. Любил. Давал ей все, что только она захотела. А она… Я так боялся, что она и меня убьет. Понимаешь? Я был вынужден жить рядом с этой тварью… Я же пытался рассказать все Боре. А он не верил. Говорил, что я впечатлительный. Маленький мальчик с богатой и больной фантазией… А папа… А у папы просто сердце больное… так бывает… Маленький мальчик все рассказывал, рассказывал, а ему никто не верил. И Боря… Он же продолжил заботиться о матери, понимаешь? Они все заодно. Против меня. Мне не оставалось ничего, кроме как выживать рядом с ней. Она должна была знать, что я полезен. Я хотел, чтобы она полюбила меня по настоящему. Чтобы не тронула меня… Понимаешь? — он едва улыбнулся, поднимаясь.

Резко склонился к моему лицо и вдруг заорал.

— Так что все свои попытки донести до меня, что эта тварь меня любила, можешь засунуть себе в задницу, поняла меня⁈ Ты! Сука такая же! Все бабы одинаковые! Расчетливые твари! Блять! Поняла меня, ты⁈ Поняла⁈ — он схватил меня за голову и тут же отбил от себя оплеухой.

Меня прошибло страхом и болью. Сердце чуть не лопнуло от ужаса! Накатил жар, волна липких мурашек прошлась по спине. Ком в горле сдавил горло, слезы хлынули сами собой.

Кирилл прошелся туда-сюда передо мной. Снова склонился.

— Когда мать скрылась с наших глаз, я выдохнул. Думал, наконец-то! Толькоя и Борян. Кир и Лис. Два одиноких волка. Никаких продажных баб… Ага. Размечтался! Вот она! Нарисовалась! Хрен сотрешь.

Меня трясет, дышать заложенным носом тяжело, но я упорно смотрю на этого безумца.

— Ты все испортила, понимаешь? Все. Кончился Боря с твоим появлением. Но ничего. Я все поправлю. Он мне еще спасибо скажет. Со временем, конечно. Когда выйдет.

Что? Что он имеет в виду? Что он с ним сделал⁈

Я так хочу заорать, спросить его! Но он заклеил мне рот. Урод!

У меня в груди все горит. От страха, от безумного возмущения, от чувства несправедливости и отчаянья… Кажется, сейчас солнечное сплетение сгорит до тла!

— Ладно, — он проводит рукой по волосам, успокаивая сам себя. — Ладно. Мне уже надо идти. Но у меня для тебя есть подарок. Так сказать, в последний путь.

Я моргаю. Дыханье сбивается.

Что значит…