Книга Сдавайся, страница 117 – Наталья Юнина

Кое-как добираюсь из туалета до больничной койки. Уму непостижимо. Несколько метров, а чувство такое, что прошел сто километров в гору.

Перевожу взгляд в окно. Если бы не знал, что на календаре сентябрь, однозначно бы сказал, что лето в разгаре. Так и вижу, как эта упрямая малолетка проводит солнечную субботу в компании Матвея. Возможно, сейчас щеголяет в ходячей рекламе цистита, а ля платье, едва прикрывающее задницу. Или, более вероятно, учитывая погоду, загорает на каком-нибудь пляже под слюнявым взглядом этого блядуна.

Что бы было, если бы я был умнее и не поддался на встречное игнорирование? По крайней мере не нажил себе очередных проблем и сейчас бы она сто процентов сидела в моей палате, несмотря на запреты папаши, а не прохлаждалась черт знает где. Это мне жирная ответочка за то, что захотелось узнать, как она поведет себе с Матвеем.

Казалось бы, не бывает таких встреч в реальной жизни. Это прерогатива кино. Но, видимо, и в жизни бывают исключения. Почему именно он попался ей в этом долбаном комплексе? Хотя, нужно задать другой вопрос: какого хрена я после увиденного все не пресек и не перестал заниматься ерундой? Хотелось посмотреть проигнорирует ли она его после. И как итог, оказался на больничной койке. Бумеранг все-таки существует.

То, что у меня проблемы с головой, я убедился лежа в реанимации. Я мечтал выйти оттуда не для того, чтобы радоваться жизни и мелочам, а узнать, что она делает и отпиздить Матвея.

Сложно сказать, это были галлюцинации или сны, в которые я, возможно, впадал, находясь в черт пойми каком состоянии. Но суть одна. Картинки того, как он ее трахает, прочно потоптали мне и без того воспаленный мозг. Отвратительное ощущение беспомощности.Деньги и связи есть, а сделать, находясь в реанимации, ничего не можешь.

Понимаю, что она не могла зайти далеко. Точнее не должна. Но где-то там активничает другая сомневающаяся часть меня. Ей двадцать. Гормоны и обиды впереди здравого смысла. Почему я, будучи мужиком за тридцать, могу в ответ, как и она, манипулировать игнором, а она, в двадцать, в придачу к таким же глупым манипуляциям, не может переспать с кем-то в отместку? Может. Так бы сделала каждая вторая. Если не первая.

Но каким-то чудом быстро отметаю эту дурную мысль. Она не только принципиальная. Но и влюбленная. Не в Ермолова, а в меня. Да и, если призадуматься, у нее была куча возможностей сыграть на моих нервах в этот нескончаемый по ощущениям месяц. Например, в очередной раз поддаться на уговоры компании и встретиться с додиком. Но не поддалась. Вместо этого удивила, ударившись с головой в курсы. Стойкая зараза.

Правда, Матвей может уложить и не таких принципиальных. Как далеко он зашел во время моего отсутствия? Перевожу взгляд на мобильник. Скоро узнаю.

Еще никогда я так не ждал встречи с ноутбуком и охраной. И здесь меня, как ни странно, ждет положительная новость. Всего одна встреча в ресторане. Что было в машине — история умалчивает.

Вот уж не подумал бы, что буду рад, что она живет с родителями. Правда, недолго музыка играла. Каким-то образом, Соня отвоевала себе отдельную квартиру. Радует, что в солнечную субботу она занята переездом, а не времяпрепровождением с Матвеем.

— А я тебе говорила сделать прививку от пневмококка. Вон вирусы какие. Молодых косят со здоровыми легкими. Что уж говорить про твои прокуренные.