Книга Сдавайся, страница 159 – Наталья Юнина

— Дальше последует шантаж — «не будет свадьбы, пока не встанешь»? Не встану, Сонь.

— Тебе еще учиться и учиться разгадывать меня, гениальный ты мой. Что ж я полная дура, чтобы отказываться? Это риторический вопрос, если что, — перевожу взгляд на платье. Ни капельки не мятое. Идеальное. — Не боялся отдавать его на глажку?

— Нет. Я приметил на окне вполне симпатичный белый тюль.

— Белый тюль?

— Ну, да. Можно было бы завернуть тебя в него. Тогда бы я выглядел даже красивее тебя, — вот же сучоныш. — Но, видимо, твоя судьба надеть платье, а не белый тюль.

— Белую тюль.

— Это заблуждение. Многие ассоциируют тюль с тканью, которая является женским родом. Но тюль — это мужской род. Слово пришло из Франции. Существует легенда, согласно которой король Франции решил жениться, а его невеста не хотела быть узнанной. Тогда он велел придумать тонкую ткань. И это совершили умельцы из города Тюль. Так что слово мужского рода, — капец. Просто нет слов! — Ну, сейчас-то что не так?

— Да вот на секунду представила, что может родиться в браке с таким душнилой. И думаю, надо ли оно мне, даже с коленями?

— Что или кто?

— ИВЖ, Крапивин.

— Если у нас когда-нибудь будут дети, уверен, что они будут отличаться от других, как минимум, умом и красотой. Не считаю, что это плохо, — да, блин, серьезно?!

— Когда раздавали самоуверенность при рождении, ты был первым в очереди, да?

— Это всего лишь объективность. Кстати, про объективность. Я понимаю твоих родителей, точнее отца. Поэтому, иди наладь с ними контакт. Точнее с главой семейства. Мама у тебя крайне понимающая женщина.

— Подожди, то есть нормальногопредложения хотя бы без коленей от тебя не будет?

— Если обращаться к правильным трактовкам, предложение — это то, от чего можно отказаться. Зачем мне ставить себя в заведомо невыгодное положение? — ну, действительно. — Просто ставлю перед фактом в сложившейся ситуации. Свадьба завтра в одиннадцать утра. Будет достаточно времени, чтобы твой отец свыкся с этой мыслью.

— А знаешь что? Не будет никакой свадьбы. У меня лицо сгорело.

— Оно уже не красное. Это была реакция не на солнце, а на стыд. Ты же не думаешь, что я бы дал тебе сгореть перед свадьбой?

— Учитывая, что ты хотел одеть меня в тюль, чтобы на моем фоне выглядеть лучше — понятия не имею.

— Это была шутка.

— Врешь. В своей голове ты наверняка думаешь так: «да кто меня может затмить хоть в платье, хоть в парандже», да, Крапивин?

— Нет. Я объективен к себе и окружающим.

— Ой, все. Где хоть кольца? Надень, что ли, на меня.

— Во время церемонии все будет. Зачем сейчас?

— А помолвочное? — и все, вижу полный загруз на лице Крапивина. — Помолвка, Ярослав Дмитриевич, это официальное заявление, что пара планирует вступить в брак. Вы что этого не знали?

— Я планировал без помолвки. У меня только обручальные, — растерянно произносит Яр. — Но если тебе так хочется помолвочное кольцо, я тебе его сделаю сам своими руками.

— Это была шутка. Расслабься.

— Не могу сказать тебе то же самое. Расслабиться можешь только после разговора с родителями. Расскажи им все как есть. Иди все же в душ. Потом пойдем к ним в номер.

— Лучше туда, где есть люди.

— Не бойся.

— Я задам тебе один вопрос, только ответь честно.

— Я это сделал не для того, чтобы позлить твоего отца. И я его понимаю и полностью принимаю его сторону, будь я на его месте. И да, я бы непременно тоже встал в позу. Поэтому, раз так получилось, давай не затягивать с разговорами. Дуй в душ.