Книга После развода. Зима в сердце, страница 17 – Юлия Пылаева

— Дурак.

— А вот и шарм, — он делает глубокий вдох, словно вдыхает меня. — Я бы сейчас… — он проглатывает слова. — Подумай над моими словами и не бойся, я тебя не трону.

— Спасибо, — швыряю в него сарказмом.

Он смеётся, и тогда я не выдерживаю. В глазах встаёт красная пелена, сердце распахивается, и оттуда выходит копившаяся годами боль.

Толкаю его в грудь со всей силы, обеими руками. Ладони глухо ударяются о «каменные пластины» грудных мышц.

Стереть с его лица ухмылку не получается, но я слишком завелась, чтобы остановиться.

Снова его толкаю. Он отступает на шаг.

Ещё толчок, и вот мы в прямом смысле слова вываливаемся в прихожую.

Боня смотрит на нас большими глазами, но, слава богу, напугаться не успела.

Я не успокаиваюсь. Во мне столько ярости, что я распахиваю дверь на улицу, впуская в лёгкие морозный воздух. Срываю с крючка куртку бывшего мужа и бросаю её в снег, которого нападало по колено.

— Ну ты завелась, — судя по насмешке в голосе, Золотову все шутки.

— Даже не начинала! — хватаю его за грудки и выволакиваю на улицу.

Сил я не жалею, и как результат в снег падают сразу несколько оторванных пуговиц. Ткань его явно дорогой рубашки трещит.

В одном я не обманываюсь: он позволяет мне вымещать на нём свой гнев и вот так себя вести. Учитывая его прошлое в вооружённых силах, он мог меня обезвредить, не моргнув взглядом.

— Тань, — он всё-таки перехватывает мои запястья, заводя мне их за спину. А прижав их к моей пояснице — надавливает. Наши тела, разгорячённые ненавистью и чем-то еще, соприкасаются, и лицо бывшего мужа вдруг оказывается прямо над моим. Миллиметр, и наши губы сольются воедино. — Я бы тебя сейчас целовал до распухших губ, милая. А потом распластал под собой и долго и нежно трахал, но есть одно но: у меня скоро свадьба, и поступить с тобой, как урод дважды — я не могу.

Мне давно не было так адски больно.

Как у него это получается? Раз за разом всаживать мне в спину нож и прокручивать его теми самыми руками, которыми он сейчас меня обнимает?

Я думала, что прошло достаточно времени и он больше никогда не сможет добраться до моего сердца. Наши дороги не должны были пересечься никогда. Он отказался от ребенка, и мы развелись.

Тогда что происходит сейчас?!

— В смысле ты не можешь поступить со мной как урод дважды? — я насмешливо качаю головой, сталкиваясь с его взглядом. — А как ты ведешь себя сейчас? Вваливаясь ко мне в дом без приглашения? Надевая на себя костюм благородного папаши ровно на пять минут, зная, что я не могу тебя прогнать, и что я не буду скандалить перед младенцем? Это нормальное поведение, по-твоему?

— Ничего себе, Танюха, — судя по кислому выражению лица Золотова сексуальные мысли как рукой сняло. — как ты быстро меня папашей на пять минут окрестила.

Интересно, что из всей моей пламенной речи он выступил именно эти слова.

— Какой есть таким и окрестила. Вообще, ты, конечно, папаша отсутствующий, — продолжаю бить словами, — но за то, что ты дочь один раз укачал, так и быть, будешь пятиминутным.

С этими словами я отталкиваю его от и делала несколько шагов в противоположную сторону, ближе к дому. Демонстративно, чтобы понял, какая между нами с ним разница размером с пропасть.

В какой-то момент, мне кажется, что бывший муж зол настолько, что вокруг него закручивается настоящая снежная буря, которая ни перед чем не остановится.