Онлайн книга «Неистовые. Меж трёх огней»
|
— Что, неужто передумала, Стефания? — насмешливо интересуется он. — Ждёшь остальных слушателей или забыла? — Нет, не п-передумала! — я взглянула на Геныча с вызовом. И ничего не забыла! И даже предупреждающий взгляд Кирилла, вдруг почуявшего неладное, не смог бы меня остановить. А вот Айкин взгляд смог. Сестрёнка появилась очень тихо и успела услышать часть разговора. А затем зыркнула на меня своими чернющими глазами, и мой язык прилип к нёбу. И в голове прояснилось. И с чего я так завелась? Да — он хам и грубиян… но сегодня этот парень спас меня от страшной участи. А в благодарность я позволила себе сравнить его с неприличным музейным экспонатом. Столько всего наплела, и не отмотать теперь. Но надо же как-то выкручиваться. Как же я сейчас жалею, что здесь нет Сашки — уж она бы его раскатала. Прав Кирилл — пусть этот придурок женится и указывает своей жене, что ей следует делать и где её место. Хотя, кто рискнёт выйти замуж за этого психа?.. Разве что Наташа? А ей, бедняге, вообще досталось ни за что. Сходила, называется, пописать! Кто знал, что за это время на кухне поднимется восстание злобного крокодила?! А теперь у Наташки такой вид, будто ей снова срочно нужно в туалет. Что-то явно не так с этой девочкой — до замужества она казалась мне такой живой и весёлой, а теперь… из неё словно выпили свет. И с этим надо что-то делать. — Натах,присаживайся, ты чего растерялась? — окликнул её Геныч, а заметив Айку, громко протрубил: — О! А вот и наша Аюшка вернулась! Она же ниндзя, она же водитель от бога! — Геныч, заткнись, — глухо просипел Кирилл. — Ты просишь без уважения, брат, — осклабился Геныч, но тут же приложил руку к сердцу. — Милые дамы, Аюшка, я прошу прощения за свою непозволительную несдержанность. Поверьте, просто наболело. Но вы меня не слушайте — покупайте права, водите и будьте ведомыми, — наткнувшись на зверский взгляд Кира, Геныч очень театрально дрогнул и прикрыл голову руками. — Всё-всё, молчу, молчу… Айка тем временем тихо скользнула к навесному шкафчику, достала начатую бутылку коньяка, ловко прихватила несколько фужеров и всё это водрузила на стол, я же шустро метнулась к холодильнику. — Ух! Hennessy! Белиссимо, сестра! — похвалил Геныч. — Не чаем единым ссыт человек! О, пардон! А ты куда, Стефания? Эту штуку не закусывают, а мы, кстати, уже развесили ухи и ждём с нетерпением. Кажется, ты хотела поведать нам о китах? — О синих китах, — уточнила я, поставив на стол тарелку с виноградом и грушами. — Это самые к-крупные животные на п-планете… — Та-ак, — подбодрил меня трубный бас. — У них огромное сердце, размером п-почти с легковой автомобиль. А по их венам смог бы п-проплыть ребёнок… — Ну-у… это многое объясняет! — А в музее-то что хранится? — не выдержала Наташа. — Сердце? Я отрицательно покачала головой и почувствовала, как кровь прилила к моим щекам, а Геныч препахабно разулыбался, подмигнул мне и провозгласил: — Почти оно! Смелее, Стефания! Что естественно, то не безобразно! Это ж братья наши меньшие… чего ты застеснялась? Ну, я тогда сам расскажу. Так вот, друзья мои, в одном из музеев, не помню где, гордо трубится небольшой отрезок детородного прибора одного из наших меньших братьев. Кусок длиной сто семьдесят сантиметров! — Кусо-ок? — Наташа округлила глаза, а Геныч так самодовольно хмыкнул, будто речь о его приборе. |